Черное солнце Украины полностью

Украинская «Революция достоинства» стала для Nordisk Ungdom прекрасным поводом для того, чтобы в очередной раз засветиться в информационном пространстве. В феврале 2014 года на сайте организации появилась заставка с надписью на английском языке «Помогите нам помочь революции! Поддержите свободную Украину!» и призывом делать пожертвования. В том же месяце активисты Nordisk Ungdom нанесли свой первый визит в Киев. Фредрик Хагберг, один из лидеров движения, даже выступил в киевской мэрии. Встреча была организована в формате «для своих»: на ней присутствовали исключительно представители националистических организаций. Тем не менее, выступление Хагберга было заснято и даже выложено в YouTube[376], хотя находилось оно там недолго. Судя по всему, удалено оно было по инициативе самого Хагберга. Такая позиция характерна для Nordisk Ungdom в целом: организация то заявляет о своей поддержке националистического крыла «Революции достоинства», то старается её не афишировать. Во многом, подобная двойственность связана с настойчивыми предложениями шведской прессы дать комментарии на те или иные антисемитские высказывания лидеров «Правого сектора», чего Хагбергу и Ко делать не хочется[377]. Но в Киеве Хагбергу с подобными просьбами никто не обращался, и чувствовал он себя в своих высказываниях предельно свободно. В своей речи он предупреждал украинских «братьев» об опасности превращения Украины в Швецию, что было довольно неожиданно слышать на Евромайдане. Для многих участников Евромайдана подобная перспектива была пределом мечтаний.

Хагберг конкретизировал данный тезис. Главной проблемой Швеции, в данном случае, оказались отнюдь не евреи, а эмигранты из «третьего мира» [378]. По словам Хагберга, шведы в самой Швеции являются дискриминируемой этнической группой, а все прелести жизни достаются «чужакам», которые жируют за счёт коренного населения[379]. Речь Хагберга была достаточно патетичной: «Я стою здесь, перед революционными силами, чтобы рассказать вам, каким может быть ваше будущее, если эта славная попытка провалится. Я стою здесь как швед. Однако страна, откуда я прибыл, больше не Швеция» [380].

Неожиданно Хагберг увлёкся и перешёл к гендерному вопросу, то есть «ужасам» шведского феминизма и навязывания «гомодиктатуры». Ну, если тема «гомодиктатуры» аудитории была понятна, хотя и получила несколько иную интерпретацию, нежели предполагал оратор, то с феминизмом возникла некоторая неловкость: значительное количество участников Евромайдана составляли именно женщины. Идею Евромайдана поддержал ряд феминистских организаций Украины и грядущий путь в Евросоюз предполагал достижение некоего «гендерного равенства»: украинские феминистки регулярно говорили об ущемлении прав женщин в стране и что Европа должна была помочь эту ситуацию исправить. Западные феминистские организации также активно поддержали Евромайдан[381].

Впрочем, как уже писалось выше, Майданов было два — либеральный и националистический. И феминизм пользовался почётом именно среди либералов[382].

В дальнейшем противостояние «двух майданов» в процессе углубления «Революции достоинства» лишь усиливалось.