–Должен напомнить, Рэймонд, – старик устало откинулся на спинку стула и сдвинул треуголку на затылок, – времени у нас в обрез. Самое большее – три дня до того, как учёные вновь примутся за Сферу, уже с поддержкой чародейки.
–Я уложусь и за один, – самоуверенно заявил Рэй. – Сегодня на улицах будет полно народу, а Храм распахнёт свои двери для всех желающих на целый вечер. Лучшего времени не придумаешь. Встретимся завтра на закате в таверне Ильна "На распутье". Обратишься к трактирщику Отто, скажешь, что от меня – он предоставит тебе местечко. Если всё пройдёт гладко, буду там даже раньше.
–Очень, очень на это рассчитываю, – улыбнулся в ответ маг. – Не оплошай.
–Эй, как хоть тебя звать-то? – Спохватился Рэй, но старик уже успел сотворить в воздухе какой-то жест, и глаза парня резануло болью от внезапно вернувшихся в мир ярких красок.
Он зажмурился, а когда снова обрёл способность видеть, колдун исчез. Наёмники продолжали тянуть куплет, Тиля – вертеться перед ними, а трактирщик – натирать бокалы тряпкой. Даже суп на столе Рэя всё ещё дымился. Как будто и не было этих часов разговоров, планирования, споров. Как будто и самого мага никогда здесь не было.
Хорошо хоть мешок с золотом никуда не исчез.
Годовщина победы в Третьей Войне – единственное событие в году, объединявшее людей всех полов, возрастов и наций вот уж более семнадцати веков. Надо сказать, люди вообще любители гульнуть да с размахом, был бы повод. Но только в этот день на улицах всех городов можно было увидеть представителей высоких сословий, весело болтающих с простыми грузчиками, или загорелых равийских караванщиков, братающихся с низкорослыми тиогуньскими торговцами. Даже говоря на разных языках, люди всё равно понимали друг друга. Это был их общий праздник. Общая победа. Хотя мало кто из них сейчас мог бы с уверенностью ответить, из-за чего вообще разразилась та страшная война, кто её начал, как вышло, что гномы приняли сторону людей, откуда взялись и куда потом делись вампиры… А самое главное – почему гордые несгибаемые эльфы в самый разгар боя вдруг бросили оружие и с позором бежали, несмотря на то, что перевес был явно на их стороне? Многочисленные исторические хроники сильно расходились во мнении на этот счёт, так что оставалось лишь гадать и наслаждаться праздником, который неизменно справляли уже более тысячи лет.
Рэй не слишком-то интересовался историей, предпочитая жить настоящим и думать о будущем. И сейчас его будущее зависело только от того, насколько успешно он выполнит своё задание.
Попрятав аванс в четырёх надёжных тайниках, он заглянул в пустую квартиру Элизы, где сменил мягкую кожаную куртку и серую кофту с капюшоном на мешковатую крестьянскую рубаху с лёгким плащом-накидкой, измазал грязью приметные замшевые сапоги и обвязал их полосками серой ткани по примеру бедняков, которые таким образом удерживали на ногах великоватую обувь. На голову натянул светлый лохматый парик с простецкой шляпой, а с помощью цветастого грима, сохранившегося ещё с позапрошлого года, придал лицу в меру несвежий и слегка помятый вид, с умилением вспоминая молоденькую актриску, научившую его премудростям нанесения грима и макияжа.
Теперь выдать его могла только дорогая кожаная сумка с ещё более дорогими воровскими инструментами, поэтому вор запихнул её в небольшой льняной мешок на верёвке, для верности накидал сверху всякого тряпья с огрызками от яблок и перекинул мешок через плечо. Потом ещё раз критически оценил плоды своих усилий в потемневшем зеркале: обыкновенный, серый, ничем не примечательный бродяга, каких в столице пруд пруди. Но всё равно красавчик.
Рэй подмигнул отражению и незамеченным выскользнул из дома.
Вечерние улицы были ярко освещены разноцветными алхимическими огнями, горящими внутри ажурных фонарей. Воздух пах недавним дождём. Чуть ли не из каждого проулка доносилось многоголосое пение… Даже стражи порядка время от времени не выдерживали, поддаваясь всеобщему настроению, и начинали что-то весело выкрикивать прохожим девушкам, после чего долго и преувеличенно громко хохотали.
