Твои черные глаза, твой манящий аромат, От твоих сладких губ закружилась голова. Благодарен я судьбе за твой образ неземной. Покорила моё сердце своим взглядом, добротой.
========== Глава 1. Находка ==========
Ее нашли в лесу, на снегу под деревом. Она стояла на коленях перед большим дубом, которое устремило свои ветви вверх, не ломаясь под тяжестью снега. Из одежды на ней было только красное платье, которое не могло спасти от холодов. Она, сложив руки в молитвенном жесте и прижав их к груди, что-то шептала. Черные волосы едва доходили до лопаток, и были обрезаны несколько криво.
Она не сразу услышала приблизившихся монголов, увлеченная своими действиями. Скорее всего, она читала молитву, возможно ― шептала проклятье.
Примерно с десяток монголов утром отправились на охоту, сейчас же, возвращаясь обратно на место стоянки, они увидели эту девушку, которую холод совсем не волновал. Они хотели проехать мимо, но что-то заставило их остановиться. Пару минут они просто наблюдали за ней, она не шевелилась, и тогда одни из них слез с коня и подошёл к ней.
Услышав хруст снега загадочная девица обернулась. Ее губы посинели ― вероятно, от холода; кожа была бледная, глаза ― темно-карие. Определенные черты лица ― к примеру, у монголов кожа была несколько загорелая, поэтому девушку можно было принять за русскую, но прямые черные волосы и темно-карие глаза были схожи с чертами монгольских женщин. Она была не русской, но и от монгольских женщин она отличалась. В ней было что-то и от их народа, и от руссичей.
— Встань! ― приказал монгол, сжимая в руках саблю. Девушка посмотрела на оружие и медленно поднялась со снега. Платье открывало ее плечи и обнажало ключицы.
Черноволосая замерла, не делая лишних движений. Лишь внимательно смотрела на них своими темными, бездонными глазами.
— Кто ты? — спросил все тот же монгол. Она не боялась, смотрела прямо, расправив плечи и выпрямив спину. Она сцепила пальцы, и начала немного подрагивать от холода.
Монголы не знали, что делать с неожиданной находкой. Вперёд внезапно выступил один из полководцев, который сегодня руководил процессом охотой. Его чёрные глаза вперились в девушку красном, и он бегло и быстро спросил что-то у монгола, что до этого разговаривал с ней. Тот стушевался.
— Она немая видимо, — предупредил юноша. Старый монгол обратился к ней, практически гаркнув:
— Имя!
Девушка нахмурилась, вопросительно склонив голову. Потом слабо улыбнулась, посмотрела на снег под ногами.
Старый монгол задумчиво потёр подбородок, а после сказал, переходя на русский:
— Ты говоришь?
Черноглазая подняла взгляд и улыбнулась снова, но молчала. Может, она не знала русский и монгольский, но скорее всего была просто немой. Однако ― и этого не мог отрицать никто присутствующих ― она была очень красивой.
― Возьмем ее с собой, ― решил старый монгол. Некоторые из охотников довольно заулюлюкали, что красавица поедет с ними, но быстро остыли от одного только взгляда своего предводителя.
Очевидно, что такую красивую девушку отдадут хану Батыю.
***
― Великий Хан! ― почтительно произнёс Субэдэй, входя в шатер своего повелителя. Сидящий за столом мужчина поднял на него взгляд ― холодный и безэмоциональный. Мужчина был похож на хищное, опасное животное, которое может кинуться на свою добычу при любом неверном движении оной. Именно поэтому он внушал такой страх и трепет своим воинам.
― Говори, ― разрешил он.
― Охотники привели женщину, ― сказал полководец. ― Ее нашли в лесу под деревом, она стояла на коленях на снегу. Они привели ее сюда. Пока вели, ни слова не сказала. Немая она, видать.
― Русская? ― спросил хан. Он не видел причины, по которой Субэдэй мог побеспокоить его. Он глубоко уважал полководца, который служил еще при его деде Чингисхане, и считал, что по пустякам тот его беспокоить не будет. Возможно, возраст брал свое или просто Субэдэй еще не все сказал.
― Не могу точно сказать, ― ответил Субэдэй. ― Ее нашли вблизи русского поселения, но чем-то она напоминает монголок.
Батый ждал, когда полководец продолжит. Даже если девушка была монголкой ― толку было привозить ее на их стоянку. Возможно, кто-то из воинов принял ее за знахарку ― люди были весьма суеверны, Батый же считал, что есть только люди: от них и добро, и зло.
― Так почему ее привели? ― спросил хан, и Субэдэй несколько стушевался. Он знал, насколько Батый не любит задавать очевидные вопросы. Хан был умным, хитрым и изворотливым, и от своих людей ждал такого же. Но объяснить ситуацию, произошедшую час назад он не мог.
― Ее привезли, потому что посчитали ее красивой, ― пояснил полководец. ― Вам в наложницы, возможно.
После начала ожесточенный войны с русскими городами, мысли хана занимали только сражения, стратегии и военные планы. На женщин времени не было, да и хан не слишком желал этого ― мысль о грядущих завоеваниях волновала его больше. Но после рассказа Субэдэй в нем шевельнулся интерес: охотники посчитали эту женщину настолько красивой, что решились привести ее сюда, и более того ― предложить ему.
― Где она? ― спросил хан.
***
