Это подтверждает содержание письма Михаила Милорадовича русскому консулу в Венеции Д. Ф. Боцису от 5 февраля 1712 г. В письме Милорадович просит Боциса познакомить русского посла в Вене с его донесением о событиях в Черногории и сообщить, что он «многие письма писал ко двору, но никогда ответу не получил и до сего часу не могу ведать, что тамо чинится»31. Также из-за этого он решил отправить туда брата Гавриила со своими письмами и письмами глав отдельных областей. Но с того момента прошло уже три месяца, и он никаких вестей о нем и его миссии, как и о положении на русско-турецком фронте, не имел.
Итак, в Черногории имела место полная неосведомленность о военных действиях русских войск. С другой стороны, неявка ожидаемой помощи и отсутствие хотя бы каких-то вестей из России, конечно, не могли увеличить военный энтузиазм у черногорцев. Но, несмотря на это, борьба не прекращалась. С. Л. Владиславич-Рагузинский 12 июня 1712 г. писал Г. И. Головкину: «Иного к доношению не имею, только пишут из Венеции, что полковник Михайло Милорадович, посланный прошлого году, в Албании с монтенегрины и протчим тамошним народом, и ныне воюет против турков з государевыми знамены»32.
Однако достаточно скоро появились и серьезные трудности, которые значительно ослабили планы восставших. Развитие успехов в начавшейся войне подразумевало под собой захват осажденных турецких городов, в которых находились главные османские силы33. Но возможностей для этого не было. В начале февраля 1712 г. Милорадович писал Боцису, что «городы от платежа солдатам, без пушек, пороху и ядер взять не можно»34. Давал о себе знать и серьезный недостаток в деньгах.
Согласно еще одному более позднему письму Милорадовича царю (вероятно, конец июля 1712 г.), после того как царские грамоты «были отправлены в Македонию, Черногорию, Герцеговину и другие провинции», части под его командованием воевали «в зиму и лето беспрестанно… 14 месяцев» и «много боев с турками совершили»35. В этом обращении Милорадович повторял, что «многие турецкие города и села сожгли» и «турок порубили и разбили…». Однако, когда мир между Россией и Турцией был заключен, «а мы о мире ничего не знали, никто нам об этом не писал» 36, Черногория попала в серьезную беду. Тогда, как говорилось далее, «двинулась на нас вся сила турецкая. Самым первым пришел паша Махмутбегович с войском из Румелии и с ним три паши из Албании и из Авлуна и с ними войска 25 000. И мы три недели назад, турок разбивали всякий раз»37. Милорадович далее оповещал царя о том, что после тех нанесенных туркам поражений прибыл великий сераскер боснийский «и с ним пашей семь и турецкие силы от Биограда и Боснии и Герцеговины и вся нижняя краина и с ними турецких войск 40 ООО»38. «Тогда все турки собрались, вышеозначенные первые паши и их войско разнообразное. И так на нас все вместе навалились. Мы их ожидали и с ними в тяжелый бой вступили и два раза их разбили, и погибло турок 10 000, а наших храбрых витязей 250»39.
Изучая продолжение письма Милорадовича, мы выясняем, что после этого столкновения события развивались следующим образом:
Потерпев поражение, турки «обратились с просьбой отправиться в Цетинье, чтобы там мир заключить». Так как разрешение они получили, то отправились в Цетинье, где посетили «монастырь и дома, и кельи владыки Даниила, который многое потратил ради любви Вашего Царского Величества»40. Но «неверные турки на силу понадеялись и монастырь снесли. И другие три церкви в Цетинье снесли, и все дома христианские, что в Цетинье, спалили и снесли»41. Когда черногорцы увидели «турецкую измену и обман», как писал далее Милорадович, «мы ударили в турок и с помощью Божьей, и благословением Его Царского Величества, побили и зарубили турок 8000. И трое наших погибло. И выгнали турок в Лешко поле под Подгорицей»42.
После изгнания турок из Черногории, согласно письму Милорадовича русскому царю, собрались «все князья и воеводы и остались христиане, чтобы совет совершить». Ситуация, в которой находилась Черногория, была очень тяжелой. Помимо того, что все было сожжено и разрушено, существовал и серьезный недостаток во всем. Так как девять месяцев «не было ни его брата Гавриила от Вашего Царского Величества, ни какого другого голоса», в письме Петру I Милорадович пишет, что он тогда все свое личное имущество, «что имел пригожее еще от моего отца потратил, так как еще задолжал людям церковным и владыкам и другим добрым христианам, которые усердие имеют к Царскому Величеству, и все то потрачено на порох и свинец и другие потребности, нужные для войска, бой ведущего четырнадцать месяцев, и на плату солдатам, которые были на страже у турецких границ»43. Больше денег не было, а долг за совершенные расходы составлял 9000 цехинов. В такой ситуации черногорцы решили на собрании послать Михаила Милорадовича к царскому двору44.
