Осознание того, что потусторонняя тварь вырвалась наружу, меня мгновенно отрезвило. Продолжая лежать, я стал прислушиваться к своей силе и то, что витало вокруг меня, по-настоящему ужасало. Демон-паук в данный момент рвал на куски одного из тех, кто нарушил нашу милую беседу. Кошмар психбольницы превратился в обуглённую груду мяса, которую неизвестные ещё и от души нашинковали пулями.
Зрение и слух постепенно возвращались ко мне, благодаря чему я смог лицезреть зрелище настоящего побоища устроенного демоном-пауком. Всюду куски чьих-то тел, растекающиеся лужи крови. Дверь была открыта и монстр, устроивший это, сейчас гнался за теми, кто смог отступить.
Сущности ворона больше не было в этом мире, и птица превратилась в бесполезный мешок мяса с перьями, но у меня ещё оставался кинжал, который я не замедлил достать. Времени осматривать тела мертвецов, не было, в первую очередь мне следовало позаботиться о слетевшем с катушек демоне. Пока он занят, но как только закончит свои дела с неизвестными людьми, на очереди буду уже я.
Выбежав из помещения, которое использовал для своих практик в чёрной магии, я двинулся по кровавым следам. Хоть кровь и была человеческой, но оставлена демоном. Вероятно, пока потрошил тех двоих, что рискнули ворваться внутрь, он сильно ею запачкался.
Выстрелы гремели уже на нижнем этаже. Похоже, те, кто напал на нас, были не из робкого десятка, раз пытались дать отпор этой жуткой твари. Спускаясь по лестнице, я перепрыгнул через несколько ступеней за раз и в итоге наконец-то настиг сражавшегося с напавшими на нас людьми, демона.
Держа в двух своих паучьих лапах тела в чёрной военизированной экипировке, демон прикрывался от выпускавших по нему пуль ещё троих, что были в другом конце коридора. Тело потусторонней твари было сильно изранено, вместо шести лап, остались только эти две. Ещё четыре валялись прямо передо мной, видимо срезанные точной стрельбой. Он был весь залит чужой и своей собственной кровью, сочившейся из множественных ран, но упорно продолжал своё наступление.
Увиденное на мгновение заставило меня задуматься о том, стоило ли вообще помогать людям или лучше подождать пока мои противники не разберутся друг с другом. Идея была вполне логичная, вот только я боялся, что демон в итоге выйдет победителем из этой схватки, а оставаться с ним один на один мне хотелось гораздо меньше, чем одному против троих его врагов.
Ещё был третий вариант, заключавшийся в банальном побеге, но его я отбросил сразу же. Демона нужно было устранить здесь и сейчас, иначе потом он определённо создаст мне ворох проблем, которые я не факт, что смогу вообще разгрести.
Решившись, я обратился к своей страсти, к колоссальному фону негативных эманаций, что сейчас здесь витали и, зачитав заклинание, атаковал потустороннюю тварь в спину. Из пола выстрелили щупальца тьмы, пробивая демона насквозь и обвиваясь вокруг, чем заставили издать яростный вопль, в котором слышалась и чудовищная боль.
— Ничтожный колдун, — прогрохотал телепатический голос, — я собирался оставить тебя на закуску, но ты всё же посмел напасть на меня сам?!
Он словно кукол бросил удерживаемые трупы в остатки отряда, да с такой скоростью, что те не успев среагировать, были ими сметены, а после, я не поверил глазам, когда он стал отрывать от себя охватывающие его тени.
Но времени удивляться, не было, потому я быстро стал зачитывать слова следующего проклятья, вбухнув в него остатки своих сил. На этот раз в демона полетел сгусток серого дыма. Уже избавившуюся от мешающих ему теней, потустороннюю сущность сбило с ног, заставив его распластаться на полу. Помимо физического урона, способного проломить грудную клетку человеку, демон получил удар по своему астральному телу, значительно истощив его силы. Но этого ему оказалось мало.
Последняя атака унесла прорву моей энергии, потому я получил жёсткий откат и не смог мгновенно воспользоваться ситуацией, чтобы добить своего противника. Демон же, издавая яростные крики, уже вновь поднимался на ноги. Его грудь была изуродована ранами, полученными от пуль, из ран оставленных тенями хлестали фонтанчики чёрной крови, а также в том месте, куда пришлось моё проклятье, была видна неровная вмятина.
— Ты умрёшь…умрёшь, ничтожный червь! Я сожру твою душу!
Он быстро направился в мою сторону, мерзко поигрывая своими хелицерами, и явно чувствовал себя хозяином положения. Впрочем, у него были весомые основания так считать. Из-за чёртового отката, ноги меня всё ещё не слушали, а рука, с сжимаемым в ней кинжалом, тряслась как у законченного алкаша стреляющего мелочь в подворотне.
