— Начнём с того, что мы знаем о твоей связи с одной опасной особой, за которой уже долгое время охотимся. — в этот момент он очень внимательно смотрел в мои глаза, видимо пытаясь увидеть в них отражение мыслей. — Некто Татьяна. Да, вижу это имя тебе очень знакомо. — утвердительно добавил Граф. — Что же до твоего невысказанного вопроса, то это наша работа. — заметив непонимание в моих глаза он добавил уже гораздо холоднее, словно вынося приговор. — Помогать таким как вы с Татьяной и прочей нечистью скоропостижно покинуть наш драгоценный мир!
Глава 11
Эгида
Какое многообещающее заявление. Судя по серьёзности в его взгляде, Граф вовсе не собирался шутить. Теперь я с уверенностью мог сказать, что он смотрел свысока и меня это почему-то задевало. Наверное, опять моя чёртова гордость. Моя слабость, моё оружие, моё главное зло.
— Вижу, ты понял всё правильно, — сказал Граф с самодовольной ухмылкой, — очень скоро тебе предстоит умереть, но перед этим мы привезём тебя в одно замечательное место, где тщательно допросим.
Я понимал, что он говорил всё это специально, желая увидеть мою реакцию. И как бы мне не хотелось с мясом содрать эту наглую усмешку с его лица, я продолжал держать свои эмоции в узде. Он хотел, чтобы я начал действовать импульсивно, а потому предсказуемо. Видимо был действительно уверен в том, что я беспомощен. Я мог бы наслать на него ужас или приказать кинжалу подчинить своей воле, но был риск, что заподозрив что-то, они смогут мне помешать. Всё же не стоило забывать о том, что я имел дело не с совсем обычными людьми. К тому же, время у меня ещё было, и я был не против сыграть с ним в его игру.
— Та девушка, — вдруг перевёл тему Граф, — мы уже очень давно пытаемся её взять, но она слишком осторожная, у неё просто феноменальное предчувствие. — он сделал короткую паузу, доставая из кармана красную пачку сигарет. — Нет, от вас колдунов, это вполне ожидаемо, но Татьяна совершенной иной случай. Ни один из тех, кого мы устранили, ей и в подмётки не годится, — чиркнула зажигалка, Граф сделал пару затяжек, и, выдохнув облачко густого дыма, продолжил, — Так, во всяком случае, было до того, как мы наткнулись на тебя, Алексей.
Делая вид, что очень заинтересован, я пробовал аккуратно воздействовать на Барона сидевшего рядом с болтливым Графом. Это вам не игрушки, если похитители что-нибудь заподозрят, мгновенно пресекут все мои попытки колдовать. Скорее всего, вновь ударом приклада. Потому приходилось работать медленно и осторожно, порождая в его голове нужные мысли и эмоции таким образом, чтобы не вызывать подозрений.
— Вы вдвоём не просто так объединились, — продолжал тем временем Граф, — такие сильные одарённые очень редко действуют сообща. Сказывается ваша собственническая натура, нетерпящая других конкурентов. Вы явно задумали что-то очень нехорошее и наша задача не дать вам этого добиться.
Слушая его одним ухом, я ненавязчиво распалял в разуме Барона ревность. Эта эмоция итак довлела над мужчиной в маске, именно поэтому мой выбор пал на неё. Не знаю уж, почему он взъелся на Графа, но мне была на руку его затаённая обида, которую он старательно прятал в укромных уголках своего разума. Моя задача была вновь разжечь в нём злость, которую Барон скрывал где-то глубоко внутри себя.
— Теперь ты хочешь спросить, кто же мы такие, что смеем бросить вызов даже настолько сильному магу как ты. Я прав, Алексей? — в голосе Графа сквозило неприкрытым сарказмом, что так же явно читалось и на его злорадствующей усмешке. — И я даже соизволю тебе ответить, ведь ты всё равно уже никуда не денешься…
Его уверенность в моём бессилии просто поражала. Он либо действительно до сегодняшнего дня не сталкивался с по-настоящему могущественными колдунами, либо был просто идиотом. Я мимолётно прошёлся по поверхностным мыслям Графа и пришёл к выводу, что он был на самом деле уверен в том, о чём говорил. Думает, раз смог заклеить мой рот и связать руки, я остался беззащитен! Мне едва удалось сдержать рвущуюся наружу насмешку, пока было рано давать ему поводы сомневаться в этом.
— Простые люди не знают о нас, но мы те, кто оберегает их от ужасов скрывающихся в тени нашего мира. — высокопарно заговорил Граф. — Именно благодаря нам они могут спать спокойно и не бояться выйти на улицу в тёмное время суток, рискуя быть съеденными какой-нибудь нечистью. Мы — Эгида, стоим за чертой видимости, чтобы оградить нормальных людей от потусторонних кошмаров.
Если отбросить весь ненужный пафос, из его слов напрашивался очень простой вывод: за мной пришли истребители нечисти. А я-то думал, охота на ведьм осталась в глубокой древности. Время изменилось, но потомки тех, кто так любил в средневековье сжигать заживо всех подозреваемых в колдовстве, всё ещё продолжали их дело. Судя по словам Графа, даже какой-то тайный орден основали.
— Возможно, сиди вы себе тихо, мы бы даже и не узнали о вашем маленьком союзе, — вёл свой монолог Граф, — но то, что вы с подругой хотели сделать, мы не смогли оставить без внимания.
