Сандр вспомнил, что так и не подал прошение о разводе, не до этого было. Может Софири оформила? Она сильно обижена. В их случае, даже обряд расторжения проводить не надо. Просто оформить нужные бумаги. А брачная метка уже выжжена вместе с крыльями, он ведь нарушил брачную клятву. Но все же официальные бумаги кто-то должен был оформить.
Сандра вдруг осенило. Только сейчас, другим взглядом, он увидел всю картину произошедших событий. А ведь Софири не выгоден развод. Если Микаэль остался бы прислужником белокрылых при монастыре, в таком случае, он отказался бы от мирской жизни и от своего имущества. Сам Алисандр бы стал заложником купола на острове отверженных и весь остаток имущества, после так называемого пожертвования в храм, отошел бы его жене. Она весьма расчетлива, не смотря на то, какую трагедию разыграла перед всем светом.
“Дохлый гирт! Похоже меня провели! Я ведь и правда был в таком состоянии, что не помню подробностей. Но если магия сама себя выжгла? Значит… Значит виновен”.
Сандр не думал, что когда-нибудь он будет не против такого трагического стечения обстоятельств. Он наконец увидел мир в правильном свете, а главное встретил Лину. Еще подумал, что надо обязательно объясниться с Ангелиной. Он не хотел выглядеть в ее глазах подлецом.
Лина отошла от Сандра, чтобы он не видел ее расстроенного выражения лица и тревоги, которую она испытала узнав, что целую ночь проведет без своей единственной опоры и защиты в этом, как выяснилось, небезопасном мире. Лину не так волновала физическая безопасность, как то, что она останется в одиночестве, не укрытая его крылом. Она переключила свое внимание и начала с любопытством осматривать окрестности.
Город поражал яркими красками и чистотой. Лина поймала себя на мысли, что тут можно и в домашних тапочках ходить. Мостовые были выложены отшлифованными камешками, только не серыми, а яркими. Они напоминали полудрагоценные, добываемые на земле. А вот соседний дом выложен из кварца. Лина подошла рассмотреть поближе, камень был теплый на ощупь. Нет, не кварц, но похож. Лина рассматривала стену, чуть ли носом туда не уткнулась.
– Кыш! – донеслось сзади. Одновременно с этим ее косынку потянуло вверх.
Свесившись с окна, крупный кот заинтересовался добычей, маячившей прямо под открытым окном. Именно такого, с рожками, Лина уже видела, только у этого экземпляра шерстка была зеленая с черными пятнышками. Сандр подбежал, посмеиваясь, он помог отцепить коготь от косынки. Кот издал недовольное: “Маурлык”. Он махнул пушистым хвостом и скрылся в доме.
– Вот как тебя одну оставить?
Лина расплылась в улыбке и, поднявшись на цыпочки, чмокнула Аллисандра в губы.
***
Алисандр тясячу раз повторил инструкции синекрылым мужчинам. Он после недолгой отлучки вернулся с кучей артефактов, которые были, вероятно, очень редкими, потому что мужчины с таким благоговением держали их в руках и рассматривали. Сандр объяснял, как ими пользоваться, то и дело кидая взгляд на Лину. Ему так не хотелось ее покидать, но тащить за собой было еще опаснее.
Сандр, пока никто не видит, для своего спокойствия, еще успел взять клятву с синекрылых о неприченении вреда призванной, те понимающе кивнули головой и незамедлительно поклялись.
В гостиницу заселились без проблем, постояльцев практически не было. Лине взяли самые большие апартаменты с комнатой для слуг. В этой комнате решили остаться Аника и Эрик. Все равно Сандру было тревожно. Гостиница была просторная. Обычно гостиницы забиты под завязку именно на небесных переправах. Риннигатам совершающим долгий перелет незачем тратить силы на спуск на землю. Переправа оборудована всем необходимым. А внизу селятся те, кто прилетел конкретно в этот город по делам. Или попросту не хватило денег, оплатить более статусную гостиницу в небе. Лина сравнила ее с зоной терминала в аэропорту. Сандр пообещал, что обязательно устроит экскурсию по самым красивым переправам. А сейчас, без крыльев у половины сопровождающих, безопаснее твердо стоять не земле.
Жилые дома, как правило, строятся на земле. Все же были случаи, когда переправы падали вниз. Конечно, крылатые успевали эвакуироваться, но имущество уже было не спасти. Храмы также строятся на земле, чтобы каждый Риннигат смог посетить без усилий это место. А часовни для обрядов строятся только в небе и тут хочешь, не хочешь, нужно взлететь.
Сандр попрощался со всеми до утра. Поцеловал Лине руку, непозволительно долго задержав губы на нежной коже запястья. Уходя, попросил Микаэля проводить его.
– Микаэль. Присмотришь за Линой?
– Конечно! Мог бы и не просить.
– Мик, я влюбился. Ты, наверное, меня не поймешь, пока не повзрослеешь. Твоя мама подарила мне тебя и я благодарен ей за это. Но я понял, что между нами не было любви.
Микаэлю было невыносимо больно от этих слов. Нет, он не понимал, как такое возможно. Да, он видел, как отец смотрит на Лину. На маму он никогда так не смотрел. Осознание горечью оседало на душе.
