Ситуация стабилизируется, Ванька вышел на связь. Докладывает, что скоро будет. Поскольку наша служба охраны полностью «моторизована», то есть передвигается либо верхом, либо на легких повозках, то много времени дорога не займет. В отличие от семеновцев, которым придется топать до Зимнего на своих двоих.
Та-а-к, а вот это что-то непонятное… Четверо офицеров, в числе которых уже знакомый штабс-капитан Головин, выезжают из расположения полка верхом и быстро скачут в сторону Невского проспекта, где сворачивают в направлении Дворцовой площади. Не иначе, что-то задумали. Следом за ними начинает движение весь полк. Ганс выражает беспокойство.
— Командир, как бы не по твою душу делегация.
— Возможно. Ваня, вы там далеко?
— Уже свернули на Миллионную. Скоро будем на месте.
— Ясно. Ганс, кто эти семеновцы? Есть в базе данных заговорщиков?
— Есть. Помимо Головина поручик Чарторыйский и подпоручики Салтыков и Беннингсен. Все замазаны.
— Как только они выедут на Дворцовую площадь, сразу возвращайся ко мне. Только вызови заранее, я тебе окно открою.
— Принято!
Что же, все не так уж плохо. Молодец Бенкендорф, оперативно сработал. Только с Семеновским полком не успел. Либо что-то помешало, либо замешанные в заговоре офицеры ночевали в расположении полка. Но теперь это уже неважно. Карты сданы, начинаем игру…
Ваня добирается до Зимнего раньше всех. На площадь перед дворцом вылетают легкие пролетки, в которых находятся вооруженные до зубов «егеря» в форме защитного цвета. Никакой золотой мишуры. Следом за пехотой прибывает артиллерия — четыре полевых орудия, и наше ноу-хау — двенадцать пулеметных тачанок. Жаль, что нет времени оборудовать укрытия вокруг дворца, сделав брустверы из мешков с песком. Поэтому будем обходиться тем, что есть.
Охрана предупреждена, поэтому лишнего ажиотажа нет. Ваню сразу же проводят ко мне. Даю ему вслух лишь общие указания, а по ментальной связи растолковываю подробно, что и как делать. А то, здешняя охрана разве что для церемониальных функций годится. Тут приходит вызов от Ганса — верховые семеновцы прибыли. Выехали с Невского на Дворцовую площадь и направились было к Зимнему. Но как увидели, что обстановка здесь сильно изменилась, тут же рванули назад. Открываю окно и впускаю свою авиаразведку, продолжая болтать с Ваней, дав знак, чтобы вслух ничего не ляпнул. Не исключаю вариант, что «прослушка» моего кабинета все же имеет место. И тут неожиданно стук в дверь! Вот не вовремя…
Быстро расстегиваю платье и прячу за него АДМ. Ваня аж поперхнулся на полуслове и смотрит на меня круглыми глазами. Не ожидал увидеть стриптиз в исполнении императрицы.
— Ваня, ты чего завис? Сейчас, как застегнусь, открой дверь.
— Э-э-э, Юрка… То есть, Елизавета Николаевна… Ты уж извини, не ожидал…
— Не волнуйся, с посторонними такие вещи я проделывать не буду. А сейчас надо торопиться, чтобы Ганса никто не увидел. Кого там черт принес?
Быстро привожу себя в порядок и Ваня впускает настойчивого посетителя, коим оказывается… капитан Войнович! Похоже, крысы почувствовали опасность.
— В чем дело, капитан? У Вас что-то срочное? Я занята.
— Покорнейше прошу простить, Ваше Императорское Величество, но охрана дворца не в стоянии выполнять свои обязанности, как положено! Кто эти люди, что прибыли с господином Давыдовым? Они распоряжаются здесь, как у себя дома!
— Они выполняют мой приказ. Разве эстандарт-юнкер Милорадович не сообщил Вам об этом?
— Сообщил. Но я не понимаю…
— Зато я все понимаю. У Вас что-то еще?
— Никак нет!
— Тогда можете быть свободны!
Когда мы снова остаемся вдвоем, Ваня вопросительно смотрит на меня. Я лишь молча киваю, продолжая разговор по ментальной связи.
— Да, он тоже из э т и х. Почувствовал, что жареным запахло.
— Так может мы его… того?
— Пока рано. Да и формально не за что. Подождем, когда Семеновский полк подойдет. Как тогда господа февралисты себя поведут. Знай, что на караул из семеновцев надежды нет. Помимо этого капитана еще двое офицеров связаны с заговорщиками, а вот сколько солдат замешано, неизвестно. Эстандарт-юнкер Милорадович — свой. Взаимодействуй с ним и с его кавалергардами. Всех прочих офицеров можешь игнорировать. Начнут что-то вякать, скажешь, что выполняешь приказ императрицы. На всякий случай, выдели мне шесть человек. Иди, командуй обороной Зимнего. Я все время буду с тобой на связи…
Ваня ушел, а я снова сижу и жду развития событий. Поскольку если пятнадцатилетняя императрица начнет руководить обороной Зимнего, это будет выглядеть нелепо в глазах окружающих. Поэтому сидим, ждем и не отсвечиваем. Пусть обороной руководят те, кому положено.
