Все это мне транслирует Ганс, снизившийся до топов мачт, и тихонько барражирующий над эскадрой. Катера номер два, три и четыре уже заняли позиции для атаки, и ждут, когда нанесет удар «единица». Наконец командирский катер занимает нужное место, подойдя к двум фрегатам, стоящим в первой линии. Расстояние до них три с половиной кабельтовых, но катер так и не обнаружен в темноте. И вот первый пуск! Мина из правого аппарата «единицы» благополучно отходит от катера, и устремляется вперед. Через пять секунд пуск мины из левого аппарата. Катер тут же разворачивается, и быстро уходит в сторону моря. Мины, тем временем, благополучно проскальзывают между фрегатами, и устремляются к стоящему во второй линии «Агамемнону». Траектории движения обеих мин позволяют поразить цель. Лишь бы не подвели машинные «потроха». Ганс поднимается до двухсот метров, чтобы дать более полную картинку. Хорошо видно, как первая мина на большой скорости приближается к «Агаменону» чуть позади миделя. Вот она бьет в борт линейного корабля… Взрыв!!! Страшный грохот прокатывается в ночной тишине над рейдом. Огромный столб воды взлетает вверх вместе с деревянными обломками. Двести килограммов динамита, который все же смогли довести до ума раньше времени в этом мире, сработали, как положено. С «Агамемноном» все кончено. Он уже не будет обстреливать Севастополь.
Но дело продолжается. Вторая мина, предназначенная «Агамемнону», тоже не промахивается, и бьет в левый борт в районе бака. Евстафьев взял небольшое упреждение на случай бокового течения. Хоть эта мина уже лишняя, но это как раз тот случай, когда лучше не жадничать. Обидно было бы упустить такую важную цель, как винтовой линейный корабль. Которых так опасается князь Меншиков. Посмотрим, какие аргументы он теперь будет выдвигать, отказываясь выходить в море, и требуя затопления Черноморского флота.
Сразу же после первого взрыва в дело вступили остальные катера, атаковав цели, стоящие в первой линии. После пуска мин разворачивались и уходили в море, так и оставшись не обнаруженными. «Двойка» поразила парусный фрегат и пароход. «Тройка» — два парусных фрегата. Но наибольший успех выпал на долю «четверки». Хотя нельзя было однозначно сказать, чего тут больше, — мастерства, или везения.
Командир «четверки» боцманмат Рябов удачно воспользовался ситуацией. Заметив, что выбранный в качестве цели фрегат несколько изменил свое положение на якоре, и приоткрыл находящийся за ним трехдечный линейный корабль, Рябов первым атаковал именно его, выпустив мину буквально в притирку к фрегату. Убедившись, что мина благополучно миновала фрегат и идет к линейному кораблю, выпустил вторую по находившемуся рядом пароходу. Взрывы раздались с небольшим интервалом. Обе мины «четверки» попали в цель. Пароход утонул очень быстро, поскольку к взрыву мины добавился взрыв парового котла. Очевидно, этот пароход находился в режиме постоянной готовности к выходу, и поддерживал минимально необходимое давление в котле. Линейный корабль продержался на поверхности моря несколько дольше. Но и для него встреча с нашей «байдаркой» закончилась фатально. Взрыв двухсот килограммов динамита в районе шканцев с левого борта не оставил трехдечной громадине шансов на спасение.
Успех был полный! Первая в истории этого мира атака торпедных (или минных) катеров прошла блестяще. Катера, избежав обнаружения, восемью минами уничтожили семь крупных целей, и благополучно ушли. Флот Антанты в Черном море лишился двух линейных кораблей, двух пароходов и трех фрегатов. В том числе уничтожен английский винтовой девяностопушечный линейный корабль «Агамемнон», способный доставить нам много неприятностей. Но это заранее намеченная цель. А вот второй линейный корабль, так удачно подставившийся под мину «четверки», оказался… французским флагманом «Вилль де Пари»! Пока еще неизвестно, уцелел ли адмирал Гамелен, но оплеуха Наполеону Третьему получилась на загляденье. Произошел тот самый Его Величество Случай, который хоть и редко, но иногда все же бывает на войне.
А теперь надо быстро поднимать катера на борт и уходить из этого района. Ночью противник вряд ли что-то предпримет, а вот с рассветом могут начать патрулировать подходы к Каламитскому заливу. И если нас обнаружат, то могут сопоставить факты. Уж слишком пакетбот «Лебедь» стал популярен в последнее время у господ европейцев. Вместе с его капитаном Юрием Давыдовым.
Идем на пересечение курса с катерами и подаем условный сигнал фонарем с узким сектором освещения. На катерах заметили, и направляются в нашу сторону. Вскоре все четверо уже у нас под бортом. Шквал эмоций захлестывает как самих катерников, так и всех, находящихся на палубе. Конечно, атаку во всех подробностях экипаж «Лебедя» не видел. Но взрывы слышали все. То-то разговоров будет сегодня! А уж какие страсти начнут рассказывать, когда эти новости дойдут до Одессы! Про Петербург и Севастополь молчу. Там в это сначала просто не поверят. Ну и ладно, мне сейчас лишняя реклама не нужна.
