Так закончился бой возле мыса Пицунда, что оказало сильное влияние на внешнеполитическую ситуацию в Европе в дальнейшем. Но пока что об этом никто не знает. Мы не стали здесь задерживаться, а убедившись, что «Флора» не пострадала, тихо удалились «по-английски», исчезнув в темноте ночи. Пусть Скоробогатов сам разбирается со спасенными турками и пишет победную реляцию в Севастополь. А у нас свои дела имеются.
Правда, пришлось кое-что подправить в «сюжете». Когда мы совместными усилиями с «Флорой» добивали «Таиф», Ганс внимательно наблюдал за всеми, кто пытался спастись с гибнущего парохода. И когда «Таиф» скрылся под водой, я лично сделал еще один выстрел картечью по группе спасшихся. Больше не понадобилось. По докладу Ганса там был Слейд, уцепившийся за деревянные обломки. Везучий черт оказался. Все же уцелел в ходе боя. Вот и пришлось принимать меры, осуждаемые всякими Конвенциями. Которые принимают те, кто всячески старается ограничить права других на ответные действия. Но лично мне на эти Конвенции наплевать (как и на тех, кто их усиленно продвигает), да и никто из экипажа «Лебедя» не понял, что случилось. Бахнула носовая пушка еще раз, и что? Война ведь идет! Понимать надо. Экипажи двух других турецких пароходов меня не интересовали. Но отпускать такую фигуру, как Слейд, нельзя было ни в коем случае. Слишком умный враг и слишком много вреда он нанес в свое время России.
Однако, уходить слишком далеко не было смысла. Скоро должно произойти знаменитое Синопское сражение, и я не смогу пройти мимо такого события. Может быть даже посильную помощь окажем. В Синопе у турок должен быть еще один пароход «Эркиле». Пароходик с весьма скромным вооружением, но если его командир поведет себя более решительно, чем в истории моего мира, то может создать определенные проблемы нашим кораблям, стоящим на якорях и не обладающим свободой маневра. Такая верткая и кусачая «блоха» может быть очень опасна в создавшейся ситуации. Вот и надо присмотреть за этим, чтобы вмешаться в нужный момент. На фрегаты «Кагул» и «Кулевчи», специально выделенные Нахимовым для предотвращения возможного прорыва турецких пароходов из Синопской бухты, у меня надежда слабая. Они так и не смогли перехватить «Таиф». Но сейчас «Таиф» лежит на дне Черного моря, и что предпримет Осман-паша в создавшейся ситуации, неизвестно. Мы уже изменили своим вмешательством ход Крымской войны, поэтому возможны любые сюрпризы. Хотя, кое-что соответствовало. Как и в моем мире, эскадра вице-адмирала Серебрякова в составе двух фрегатов, двух корветов и четырех пароходов несколько часов обстреливала занятый турками пост Святого Николая, чтобы оказать поддержку нашим сухопутным войскам. И точно также отошла из-за того, что атаки сухопутных войск не последовало, а погода начала портиться. Были ли какие-то еще изменения в ходе военных действий, выяснить не удалось. Поскольку я не хотел отпускать Ганса далеко от местонахождения «Лебедя». Его помощь могла потребоваться в любой момент, поскольку История этого мира уже пошла по другому пути.
Решив находиться поближе к месту предстоящих событий, отошли к турецкому побережью, поскольку ожидался свежий юго-восточный ветер. Эскадра Нихимова еще не подошла, поэтому турки в Синопе не опасаются нападения. Однако, выслав Ганса на разведку, я сразу понял, что мои попытки дать пинка Истории дали побочный эффект. Неожиданный и весьма неприятный. В Синопской бухте, помимо тех кораблей, которым «положено» было там находиться, были еще два парохода. «Меджари-Теджарет», который в моем мире был захвачен пароходом «Бессарабия», и уведен в Севастополь, а также... «Перваз-Бахри»! Тот самый, который должен быть захвачен в ходе боя нашим пароходофрегатом «Владимир». Значит сильно что-то сдвинулось в результате наших наглых действий возле поста Святого Николая. А может «Меджари-Теджарет» и «Перваз-Бахри» просто разминулись с «Бессарабией» и «Владимиром» по каким-то другим причинам. Ведь ход Истории в двух мирах не совпадает, и иногда весьма существенно.
Что и говорить, неприятный сюрприз... Ганс отнесся к этому философски.
- Командир, ну и что? В соотношении сил сторон особо ничего не изменилось. «Меджари-Теджарет» и «Перваз-Бахри» оба вместе имеют даже меньшую огневую мощь, чем «Таиф». Справятся наши без особых проблем.
- Не все так просто, Ганс. Сами-то пароходы может и имеют меньшую суммарную огневую мощь, чем «Таиф». Да только, в отличие от Слейда, трусливо удравшего из Синопа, экипаж «Перваз-Бахри» доказал, что будет воевать. И может создать проблемы нашим парусным линейным кораблям, когда они встанут на якоря напротив турок. Ведь они не смогут маневрировать. А турецкие пароходы смогут беспрепятственно атаковать того, кто окажется крайним в линии, ведя опасный продольный огонь, сами при этом находясь в мертвой зоне для всех остальных наших кораблей.
- Пожалуй, такое возможно. И что ты предлагаешь?
- Нам придется вмешаться, если турецкие пароходы все же предпримут такую попытку.
