— Подожди! Это ведь значит, я тоже могу вернуться в свой⁈ Дай. дай мне сюда Люм! Я исчезну, я уйду из этой проклятой Российской Империи вместе со своей сестрой! Ты никогда меня не увидишь, можешь… можешь забрать всё, что есть у меня. Оно твое. Продай, развивай, сжигай. Мне плевать!
— Ты правда удумал так легко сбежать от ответственности? От всех преступлений, что ты совершил? Э, нет, — я отшвырнул тотемного зверя Тасманова и рывком схватил Виктора за горло и выбил им окно.
Тасманов брыкался, его тело висело над городом. Сорок семь этажей свободного падения. Такое даже я не переживу.
— Ты победил, — он цеплялся за мою руку и сучил ногами в воздухе, не находя под ними опоры, — поздравляю. К чему этот… хр-р-р, драматизм?
— Ни к чему, ты прав, — я сжал его горло сильнее, а затем резко отпустил, оттолкнув силовой волной, — Это тебе за Нуара. Ублюдок.
— Сто-о-о-ой… — его вопль быстро удалялся от меня.
На самом деле под ним вертелся Люм, образующий воронку портала из жёлтых молний. Тасманов угодил в неё, переносясь в…
— Обратно, — ответил голос Черномора прямо над моим ухом, — и тебе следует поторопиться, я не смогу держать портал долго. Но, я хочу предложить тебе сделку.
— Сделку?
— У тебя осталось две жизни. И если ты не против, можно отдать одну твоему другу. Он только что отдал свою, чтобы переместить тебя сюда. Если готов — я сделаю это, когда придет время. Я почувствую твоё желание.
— Ты… ты можешь вернуть Нуара?
Я резко обернулся, но вместо Черномора увидел пустые залы-аквариумы корпорации Инуяси. Куски бетона лежали на полу, в потолке зияли дыры и сверкала обнаженная проводка. Я шагнул к краю, под пятками захрустело стекло. Я поднял голову к затянутому желто-ядовитыми тучами небу. Надо мной пролетел Ави — элитный транспорт для местных вельмож. Я почти уверен, что Такеши Инуяси сбежал.
Я бы мог вернуться и проверить. Дать последний бой, но… здесь меня уже ничего не держит кроме слепой мести. В Российской Империи же, меня ждут люди, которым я дорог. Которые дороги мне.
Я сделал шаг вперёд. Ветер свистел в ушах и я чувствовал, что именно сейчас я по-настоящему свободен. В полете с меня слетали цепи, что тяжким грузом тянулись к моей душе. Я отказался от своей мести. От прошлого. И наконец смог всплыть с этой глубины к свету.
Вспышка телепорта и…
Вскоре после инцидента в Перми, гонки «По следам царей» были возобновлены. Даже несмотря на покушение, итальянский кронпринц Франко Фердини не покинул Империю и лицезрел грандиозную победу простого мужичка из глубинки, что преодолел все четыре этапа на своих двоих. Антон Босяков стал для простых людей героем и символом надежды. Вскоре бунтарские настроения поумерили свой пыл, революционеры отступили.
Меня и Тасманова арестовали. Вскоре нас ждал суд перед самим Императором, Петром Алексеевичем Кречетом. Франко Фердини, считавший меня своим спасителем, Елизавета Сорокина и Максим Ежов выступили моими защитниками. Граф Данила Андреевич Орлов, сдержал своё обещание и также встал на мою сторону.
Орлов времени зря не терял, у него было достаточно доказательств, чтобы признать меня невиновным, а Тасманова покарать по всей строгости.
Князь Мышкин же, защищать своего подчиненного не явился, и оно понятно, почему.
Ведь у Кречета был весьма необычный и сильный дар… Праведный гнев.
Император получил неопровержимые доказательства вины Виктора Андреевича Тасманова, я же был признан невиновным, даже несмотря на все прошлые прегрешения. Ну… например, незаконные проникновение в частную собственность. Или крушение поезда «Аврора». Ведь мои заслуги перед Империей были признаны самим Кречетом. А всё остальное… просто издержки.
Праведный гнев обрушился на графа Тасманова. Его лишили титула, а большая часть имущества рода было арестовано.
Вскоре После суда Тасманова отправили в «Каменные Недра Сибири», тюрьму сверхвысокого режима, что располагалась на сибирской Изнанке. И выйдет он оттуда не раньше, чем через сотню лет. Люди, как принято, столько не живут. Даже такие сволочи.
Через неделю я смог вернуться домой, в Горелово. Где спустя пару дней я получил денежное вознаграждение от графа Орлова. Но он предпочел назвать это «вкладом» в будущее перспективного района Санкт-Петербурга. Честно говоря, такой щедрости я не ожидал, все же я не смог достать Люм. Он исчез, как и транспоратор. Но Орлов и не хотел прибрать к рукам фишку, а уничтожить. Кстати, Клещев тоже предпочел от меня отвязаться. Уж больно могущественные друзья у меня нынче, да и отбирать у меня больше нечего. Так что на память себе только розыскной плакат сохранил. Ностальгировать вечерами в поместье буду.
