И кто вообще додумался устроить этап под землёй? Да ещё и такой, что по морю рельс гоняют вагонетки и дрезины, а также поезда с различными вагонами-платформами. Победит тот, кто угадает выигрышный маршрут, или создаст свой, грамотно переводя стрелки. Это мы узнали от Берестнева, который не затыкался ни на секунду. Только не мог бы он об этом рассказать пару дней назад! Когда за мной не охотились полицейские и спецслужбы. И зачем Диего вообще ввязался в эту авантюру. Неужто помимо долга, у него есть и свои мотивы?
— Идеи, hermano? — спросил он, подставляя лицо ветру.
Идей не было. Я бы продумал план заранее, не будь у меня форс-мажора в статусе: вне закона.
— Импровизация? — я напитал кулаки маной.
— А, старая добрая тактика, — гранадец невесело усмехнулся, — давай, старичок, — он хлопнул коня по боку, — развлечемся немного! Йиииха!
Мы стартанули одновременно вниз по склону в лучах утреннего солнца. Два всадника. Две тени, смеющиеся в лицо смерти.
Нуар! Сможешь меня отпружинить от тени?
«Попробую, начальник… но на тренировках получалось не очень»
Да, помню. Получалось больно. Но ты попробуй, дружище. Я верю в тебя.
Я гнал лошадь карьером, прижимаясь к шее Тенегрива. Высунул ноги из стремени, и приготовился соскочить с коня, отпрыгивая от собственной тени. Трюк сложный, а на такой скорость и вовсе смертельный.
Прозрачный барьер стремительно приближался. Сердце бешено колотилось в груди.
Три.
Копыта гремели по щебню…
Два.
Пар вырывался из ноздрей коня!
Один.
Я вскочил на седло, становясь на нём и чувствуя, как под подошвой ботинок формируется пружинистая тень, сотканная Нуаром.
Была не была! Я резко оттолкнулся и взмыл ввысь, перекрывая своим силуэтом янтарное солнце.
Мой кулак обволакивала синяя аура, затем она вспыхнула ярким огнём, сосредотачивая всю мощь в один единственный удар.
— Иаааээргх! — заорал я прицеливаясь в барьер. С такой высоты я его точно прошибу. Я уверен!
Удар и сокрушительный взрыв, эхом пронесшийся по долине. Барьер треснул и рассыпался, образуя зияющую дыру. Волна пыли и магических искр, едва не сбили Диего с коня. А Тенегрив и вовсе заржал, встав на дыбы позади меня.
— Хэй, у меня получилось! — крикнул я.
— Чё? — Диего поковырял мизинцем в ухе, — нихрена не слышу!
— Чё? — спросил я, потому что не слышал ничего, — мне уши заложило.
— Ась? Чего говоришь Тим?
Ясно, мы как два глухих деда в доме престарелых. Только ещё и таблетки забыли принять.
Секунд двадцать погодя, когда мы оба стали слышать более-менее нормально, до нас донесся звук стучащих рельс. Как раз вовремя, черт побери!
Нуар выпрыгнул из тени, тряхнув пушистой головой.
— Начальник, давай больше так не будем делать… меня укачивает.
— Ты что, боишься высоты? — с недоверием хмыкнул я, — никогда бы не подумал.
— Нет, — кот облизал лапу, — от твоего прыжка меня в тени раскрутило так, будто я в бочке, которую раскрутили и скинули с крутого холма.
— Понятно.
— Тим, нормально все? — положил мне на плечо руку Диего.
— Да, а что не так?
— Ты с котом разговариваешь так, будто он тебе отвечает.
— У нас особая связь, — не стал вдаваться в подробности я, — Нуар, верёвку! А лучше две!
— На, — кот нырнул в тень и из неё выскочил целый моток, — только я его держать не буду. Ты как-нибудь сам.
Под ногами задрожала земля. Поезд приближался.
На мой немой вопрос, куда присобачить верёвку, Диего кивнул на лошадей. В принципе они нас с легкостью удержат.
Мы привязали веревку и быстренько спустили другой конец в дыру. Второй обвязались меж собой, как альпинисты для страховки.
— Ждите нас на финише, — кинул я лошадям, прежде чем спустится в проем, — ясно?
Ответа не последовало. Но кони — животные умные, поймут. Поймут же? Что-то я начал нервничать.
Спустившись, я повис на верёвке. Сверху нависал Диего.
— Ничего не видно, mierda.
Зато я видел абсолютно все! Спасибо кошачьему зрению. А так света и впрямь было маловато, только конус, проникающий сверху через дыру. В остальном густая тьма.
Но свет быстро приближался и совсем не так, как я ожидал. Помимо фонарей локомотива в пещере начинали зажигаться огни кристаллов. Очень слабых макров, но достаточно ярких, чтобы осветить желтыми огоньками своды пещеры. Анфилады сталактитов пронзенных кристаллами тянулись вглубь тоннелей, а под ногами светились десятки рельс. Сама пещера казалось шириной в пару километров, разделенной тоннелями. Которые время от времени пересекаются. Эту информацию я слышал от Берестнева и понимаю, что тот не преувеличивал.
Головной вагон промчался под нашими ногами. Пора!
— Готов? — спросил я у гранадца, прежде чем отпустить верёвку.
— Нет! — крикнул Диего в ответ, — Но разве это что-то изменит?
Ничего.
Я мягко приземлился на крышу третьего вагона. Диего же пролетел чуть дальше, едва не сваливаясь с четвертого. Благо наша связь, как у альпинистов, позволила ему удержаться.
— В поряде? — крикнул я, подтягивая верёвку к себе.
Диего встал на четвереньки, сделал неопределенный жест и поцеловал мятые карманные часы.
Буду считать это за ответ: да.
Вопрос теперь в том… ну спустились мы, а что дальше намерены делать?
