В одной из таких мелких фирм, точнее, в ее филиале, работали две подруги. Одну звали Фаина Аркадьевна Кузькина, а другую – Минерва Игоревна Иванова. Работали они обе бухгалтерами. Фирма выпускала строительные материалы, сырьем для которых служила древесина. Фима, а это сокращенно от Фаины, причем как-то неправильно сокращенное, “обсчитывала” работников, а Мина, также сокращенно от Минервы, та занималась самим производством. Женщины были подругами с самого детства. Учились в одном классе, окончили один техникум, только что сестрами не были. В один год выскочили замуж и чуть не в одно время родили детей. У Фимы родился Тёмка, а у Мины – Светка. Мужья обеих женщин тоже дружили, пока Фимин Лёлик не запил.
Вообще-то, у мужчины было нормальное имя. Звали его Леонид Васильевич. Но когда-то давно, когда Тёмка со Светкой были совсем маленькими, прицепилось к нему это прозвище. Кстати, не к нему одному, Мининому мужу тоже не повезло, его дети назвали Боликом. Прибежав как-то с улицы, ребятишки объявили, что их папы, когда были маленькими, снялись в мультике про Болика и Лёлика. Взрослые тогда посмеялись, мол, какие детки смышленые, но позже уже чуть не плакали, потому что клички приклеились намертво. Буквально все стали за глаза звать Леонида Васильевича Лёликом, а Борислава – Боликом, тем более что те дружили между собой так же, как их жены. Дружба была крепкая, пока Лёлик не забыл о ней с новой “подругой”, чистой, как слеза, и ядреной, как напалм. Несмотря на это, Болик никогда не отказывал Фиме в просьбе привести домой чуть теплого старого друга, когда тот случайно превышал отпущенный природой лимит здоровья.
Дети обеих подруг также дружили. Они, сколько себя помнили, всегда были вместе. Ходили в одну группу в детском саду, учились в одном классе, сидели за одной партой. Позже вместе бегали в клуб на дискотеки. Их матери даже как-то размечтались, что дети вырастут и поженятся, объединив две семьи с исконно русскими фамилиями. Мина только надеялась, что ее Светка оставит все же свою фамилию, а то “Кузькина “звучит все же как-то несерьезно. “Кузькина мать” – очень знакомое выражение, и кроме Фимы этот титул грозился стать так же и Мининым.
Но, мечты обеих подруг рухнули, когда их дети из-за чего-то разругались. Обе женщины чуть головы не сломали, пытаясь выяснить причину разлада, но так ничего и не добились. Махнув рукой на несостоявшееся породнение семей Кузькиных и Ивановых, выбросили из голов эту тему. Они нашли себе другое занятие, а точнее – увлечение. Когда вошли в моду спутниковые тарелки, обе женщины установили у себя это чудо техники и с удовольствием просиживали перед телевизорами все свободное от домашних дел время. Так как каналов было много и все фильмы за вечер просмотреть было просто невозможно, то подруги договорились, что будут смотреть разные, а на следующий день пересказывать друг другу содержание. Лучше всего получался пересказ у Фимы. Мина даже немного завидовала подруге, так рассказывать мог только талантливый человек. Она даже иногда специально просила Фиму посмотреть какой-нибудь фильм и пересказать содержание. Из-за него, из-за этого таланта, в один прекрасный день и “погорела” любимая подруга Мины.
На момент описываемых событий обеим женщинам было по сорок лет, а их детям – по девятнадцать. Тёмка заканчивал второй курс института в Москве, и Светка от него не отставала, также заканчивая второй курс столичного ВУЗа. Фима с Миной раз в месяц по очереди мотались в город-герой, таская полные сумки с продуктами. По пути покупали в мегаполисе что-то для себя. В местной глухомани выбор был невелик, так что ежемесячные поездки были очень даже кстати.
*
Ночь шла на убыль, пассажиры и проводники давно спали. Ни одна живая душа не догадывалась, что этим поездом едет “заяц”. Безбилетник спокойно сидел на одном из свободных мест, равнодушно посматривая в темное окно. Как ни странно, но за все время пути его никто не заметил. Подперев голову ладонью и облокотившись на столик, мужчина смотрел на мелькающие столбы электропередачи и терпеливо ждал часа, когда поезд прибудет на нужную станцию. Он прекрасно запомнил ее название еще в Москве, когда заглянул в билет Фимы.
========== Глава 2. ==========
Московский поезд прибывал на станцию Фимы утром, причем так удачно – всего за полчаса до начала рабочего дня. Женщина уже позвонила подруге по телефону, и та прибежала на вокзал, чтобы ее встретить. Фима выглядела уставшей, несмотря на то, что всю ночь проспала. Эти поездки сильно выматывали. Утешало только то, что были они всего раз в месяц, и ездили подруги по очереди. Подхватив за ручки тяжелую сумку, женщины понесли ее к себе на работу. Прибежали самыми первыми, спрятали ее в шкаф с одеждой, а сумку поменьше Фима затолкала под стол. Все! Можно было расслабиться. Включили компьютеры, поставили чайник, Мина достала из сумки любимые Фимой ватрушки с повидлом (по пути на вокзал забежала в кулинарию), они были еще теплыми.
