– Я рассчитывала хотя бы на раскладной диван. – Она вошла в комнату и неспешно закружилась по ней, осматривая.
Её взгляд бегло прошёлся по комоду, кровати, тумбе и серым обоям. По подоконнику, на котором уместился кофр с акустикой, и письменному столу, которым никто никогда не пользовался. Артур привалился плечом к откосу. Уставился на неё. Грудь на секунду сдавило приятным, тянущим чувством и тут же отпустило.
В этой спальне еще не было девушек, кроме Джеки, которая не заходила дальше порога и заглядывала только по делу. Но Келли вписалась в эту комнату так, будто всегда здесь была.
И от этой мысли солнечное сплетение пробило огненным шаром.
Артур отстранился от откоса. Сделал шаг назад в коридор и нервно взъерошил волосы на затылке.
– Мне нужно в душ. – Он коротко откашлялся. – Я быстро. Комната вся твоя, делай что хочешь.
Келли вдруг резко обернулась.
– А если найду компромат?
Весь компромат на него она и так уже собрала. И крепко держит в своём кулачке.
– Максимум, что ты найдёшь, – презервативы в ящике возле кровати, – Артур отмахнулся. – Но это даже в твоих интересах.
– И много их у тебя?
– Вот и узнаешь. – Он криво ухмыльнулся и теперь уже решительно двинулся к ванной.
Пусть Келли роется, где хочет. Ей можно…
…Он скрылся из виду.
В глубине квартиры тихо щёлкнула дверная ручка. Секунда. Две. Три. И зашумела вода.
На самом деле в какой-то момент показалось, что Артур, как один из этих убогих мамкиных соблазнителей, скажет что-то вроде: «В душ и без тебя?» Всего секунда глупого сомнения. Но он этого не сделал. Конечно, нет. У Артура адекватная самооценка и уровень развития. Он не клеит девочек типичными цитатками с курсов пикаперов.
Келли отмерла, перестав пялиться в опустевший дверной проём, и с ухмылкой сделала глоток из бутылки. Оставила её на пустом, будто лишнем в этой комнате, письменном столе и пританцовывая двинулась к кровати. Полуторке. Хотя какая разница, если спать здесь не придётся? А для всего остального хватит и её.
Келли осторожно присела на одеяло. Попружинила на месте. Кажется, миллион лет не приходилось бывать в комнате парня, как и в квартире вообще. И уж тем более парень вот так спокойно не оставлял её наедине со своими вещами. Забавно. И странно. И от этого в груди подрагивает какая-то незнакомая мышца. Келли оглянулась на дверь и прислушалась к шуму воды. Потянулась к прикроватной тумбе, медленно открыла, и перед глазами предстала целая гора блестящих упаковок.
Из груди вырвался тихий смешок.
Ну надо же, а… Грёбаный сексуальный террорист. Да здесь при желании можно устроить фейерверк из фольги! Келли провела пальцами по упаковкам, и те приятно зашуршали. Продолжая ухмыляться, она захлопнула ящик, поправила измятую подушку и забросила ноги на кровать. Больше искать нечего. И незачем. А рыться в мужских трусах неинтересно. Она вытащила мобильник из кармана джинсов, подоткнула подушку под спину, устроившись полусидя, и глубоко вдохнула аромат Артура, оставленный на постели.
Кажется, телефон вибрировал во время игры на ударных.
Но в тот момент вибрировало абсолютно всё: пол, стены, потолок и собственное тело. Сердце стучало в горле, готовое выскочить наружу, а из лёгких вместе с дыханием вырывались потоки эйфории…
Так что вибрация телефона могла почудиться.
Келли разблокировала экран, влезла на страницу черных чернил и… нет. Не почудилось. В директе повисло сообщение от кого-то незнакомого. Новый клиент? Кто-то старый сменил имя и хочет показать зажившую работу? Келли нахмурилась, ткнула пальцем в диалог и тут же устало закрыла глаза.
На экране светилась чёткая, яркая фотография мужского хрена. Кривого. Свёрнутого набок.
Очередной в коллекцию.
Чтоб им всем, имбецилам, овчарка откусила яйца! Хотя этому, кажется, уже… Но сначала, очевидно, сожрала мозг.
Келли тяжело вздохнула. Открыла глаза, без раздумий быстро вошла в профиль идиота и принялась искать бан. И… только сейчас поняла, что шум воды прекратился.
Уже? Солдатская скорость.
В коридоре раздались шлепки босых ног по полу, палец замер над экраном, Келли вскинула голову. И впилась взглядом в дверной проём как раз в тот момент, когда там выросла высокая, широкоплечая фигура. С литыми руками, сильной шеей, рельефным телом и белым полотенцем, намотанным на узкие бёдра. Чёрными влажными кудряшками, резким подбородком и носом с заметной горбинкой.
Картина, на которую можно смотреть вечно. Лучше, чем в Национальной Галерее.
Губы мгновенно пересохли. Келли облизнула их. А Артур, замявшись всего на секунду, сразу прошлёпал к комоду.
– Ну, как дела? – низкий голос заставил отмереть. – Пересчитала резинки?
Руки ослабли, Келли уронила телефон на колени.
– С тебя бы скульптуры лепить.
Сегодня резинок явно станет намного меньше… Однако он только негромко рассмеялся и принялся рыться в верхнем ящике комода. Одеваться собрался, наивный?
– Мы вроде бы уже прошли тот этап, когда ты на мне залипаешь. – Он на мгновение обернулся.
В глазах сквозь упавшие на лицо волосы блеснуло веселье.
