На палубе стоял крепкий мужчина, в зеленых одеждах, я бы даже сказал 'камуфлированных', на боку у него висели меч и длинный нож, а может и мачете, из левого сапога торчала рукоять еще одного ножа. Не сомневаюсь, что в складках одежды были припрятаны и еще какие-то сюрпризы.
В руках он держал арбалет и рассказывал о достоинствах последнего внимательно слушающим его корсарам.
— Он его им продать пытается что ли? — тихонько поинтересовался я у Тревиса.
— Да прямо — поморщился тот — Он им про него рассказывает, любит он это делать. Хотя вроде в глубине острова у него есть оружейная лавка, но я там не был.
— И что. всем это так прямо интересно? — я обвел глазами пиратов, столпившихся около Андре.
— За борт глянь — посоветовал мне тихонько Дэйзи.
Я сделал пару шажков и кинул взгляд в указанном направлении. Около фрегата на волнах болтались с десяток пирог, набитых туземцами, да еще десятков пять размалеванных воинов с комфортом расположилось на берегу.
Ну да, чего ж тут себе не обеспечить аудиторию.
— А вот если бы он был не в духе или опять ему померещилось, что на остров хотят напасть ожившие трупы, так нас бы уже перерезали — ободрил меня Тревис.
— Итак, приклад. Его я тоже модифицировал — оживленно демонстрировал свое оружие Андре.
— Скажите — решил я прервать его увлекательный рассказ — А вы ведь по оружию эксперт?
— Как ты сказал? — повернулся ко мне Оружейник, вместе со своим арбалетом, на который, между прочим была наложена стрела — Повтори-ка?
— Эксперт — повторил я спокойно — Это значит знаток, специалист, мастер.
— Это про меня — согласился Андре — А в чем дело?
— Несколько часов назад я видел оружие, стреляет на расстоянии… ммм… Как вон до той пальмы — ткнул я рукой за борт — При это снаряд твердый, похож на камень.
— Баллиста — уверенно сказал Андре — Что тут думать?
— Да хорошо бы кабы так — покачал я головой — Но полет снаряда — вертикальный, не навесом.
Андре почесал затылок и скомандовал мне -
— Подробности давай.
Минут десять мы с Калле ему живописали о произошедшем, Дэйзи, бросив на меня одобрительный взгляд ушла на капитанский мостик, команда облегченно вздохнула, плотники спешно заканчивали ремонт фальшборта.
— Интересно, что за штука была, конечно — чесал затылок Андре — Что магическая — ты, я так думаю, прав, но все равно — такая дальность, такая мощь. Думать пойду.
Он узнал у нас координаты места боя, не слушая наших возражений, заставил нас нарисовать таинственное оружие (каждый нарисовал что-то свое), одобрительно похлопал по плечам, подарил каждому по стреле от арбалета, назвав их 'мародеркой', и, доплыв до берега, скрылся в джунглях вместе со своим диким воинством.
— Ну ты и … Красавчик — одобрительно проревел Харрис — Но — молодец! Очень уж он непредсказуемый, этот Андре — Оружейник, у него раз на раз не приходится.
Загромыхала выбираемая цепь, якорь потащили вверх и корабль вновь закачался на волнах.
— Ладно, можно и покемарить — потянулся Калле — До завтра все одно ничего интересного не будет, к гадалке не ходи.
— Чего это? — не понял я.
— Ты же сам слышал — пойдем через пролив, а это считай ночь пути. Да потом еще через Жемчужные отмели двинемся наверняка, в общем, если завтра к полудню до острова Медузы дойдем — считай, повезло.
О как. Тогда делать мне тут нечего, чего мне — рыбу ловить или за борт плевать?
— Твоя правда, приятель — кивнул я — пойду и я поуютней уголок найду.
Калле одобрительно заворчал, а я попросту нажал 'логаут'.
Я испытывал странные ощущения — за окном было светло, часы показывали около двух часов дня. Обычно в это время я либо вхожу в игру, либо нахожусь в ней, но вот так, чтобы из нее в это время выйти — это, конечно, необычно.
Помыкавшись по квартире, и так и не найдя себе применения, я слазил в сеть, там прочел новый выпуск 'Вестника Файролла' и всерьез призадумался после этого.
Господи, до чего я докатился, а? Я, главный редактор, читаю новый выпуск собственного издания в сети и что самое поганое, — я отчетливо осознаю, что к нему не имею почти никакого отношения, я даже не знал о конкурсе. Все, что в нем есть моего, так это бездарная передовица да фамилия внизу номера. Я даже не помню, когда я последний раз номер в печать подписывал, это Вика обычно делает. Во что я же это я потихоньку превращаться стал, а? Нет, я и раньше не слишком заблуждался на свой счет — журналист я посредственный, ни плохой, ни хороший, что-то среднее. Наша профессия такая же, как и любая другая — коэффициент гениев в ней не слишком велик, дураков — тоже, не удерживаются они здесь, по этой причине девяносто процентов это посредственности, работяги, крепкие профессионалы, на которых все и держится. И я один из них, причем, если я не хочу, чтобы к этой характеристике не прибавилось слово 'был', то срочно надо что-то менять. Вот только что? Работу? Ритм жизни? Принципы? Кто бы мне это дал сделать, есть у меня серьезные сомнения в том, что такие мои телодвижения будут одобрены. А с учетом вновь открывшихся обстоятельств… Кстати о них!
