Здание 'Радеона' было мне уже как родное. Темное стекло, светлый металл, какие-то непонятные флаги у входа — все уже стало привычным, и не вызывало у меня того душевного трепета, который был всего-то несколько месяцев назад.
— Харитон Юрьевич — барышни с ресепшн расцвели улыбками — Давно вас видно не было, забыли вы нас.
Судя по ширине улыбок, мой визит к Старику не остался для них тайной, а мои акции взлетели до небес. А вот интересно, если бы не эта моя близость к сильным мира сего, хоть одна бы на меня посмотрела? Ну, вот так, чтобы просто с интересом и без дальнего прицела? Что-то я в этом сииильно сомневаюсь… Хотя, может и наговариваю на девчонок, кто его знает на самом деле. Вот стану свободным — может и проверю свои домыслы, в конце концов, в большинстве случаев я как правило вижу, когда человек врет или лукавит — профессиональный навык, пассивная способность, так сказать, и притом изрядно прокаченная. Хотя когда речь идет о женщинах, то ни в чем нельзя быть уверенным.
— Да нет, просто в последнее время, как правило, заезжаю тогда, когда вы уже спите, ну или в клубах зажигаете — пояснил я дружелюбно — Сам не рад такому обороту — лишний раз вас не увидеть, это и обидно, и досадно. Эдакую-то красоту — да мимо моих глаз.
— Так заезжайте почаще — бойко ответила одна из девушек, с огненно-рыжей гривой волос и шалыми зелеными глазами — Да и других способов кого-то из нас увидеть много, было бы желание.
Я вздохнул.
— Желание есть — времени нет. Опять же старый я для вас, куда мне…
— Ничего-то вы в женщинах не понимаете, Харитон Юрьевич — нарочито-печально вздохнула зеленоглазка — Ну ничегошеньки. Видимо придется вам при оказии кое-что объяснить.
— Да? — хмыкнул я — А вот возьму, да и соглашусь. Я ж не дурак, чтобы от урока такой наставницы отказываться?
— Ой — подпрыгнула рыжая чертовка, похоже, что кто-то из девушек ткнул ее под ребра.
— Что такое? — поднял брови я.
— Мышцу свело — с улыбкой объяснила мне девушка — Пойдемте, я вас к Максиму Андрасовичу провожу.
— Пошли — согласился я — С вами всегда.
Рыжая вышла из-за стойки и поцокала каблучками туфель к лифту, я покорно двинулся за ней.
— Меня зовут Дарья — сообщила она мне, нажимая кнопку вызова.
— Невероятно приятно — не покривил душой я — Харитон, но можете меня называть просто Киф.
— Здесь не могу так называть, служба — бойко ответила мне Дарья — А вот если в какой другой обстановке — так почему и нет?
— В другой обстановке — это да, это можно, вот только… — протянул я.
— Ах, ну да, конечно же! — прижала руки к щекам Дарья, хитро блеснув глазами — Как же я забыла о Виктории Александровне, мне девочки из другой смены про нее рассказывали, как она пирожные трескала.
— Виктория Александровна — промямлил я, понимая, что сейчас меня переигрывают по всем фронтам — Она такая Виктория Александровна, она их, пирожные значит…
Двери одного из лифтов открылись, и оттуда вышла Марина Вежлева, которая заметив меня, выдала на лице очаровательнейшую улыбку и направилась в мою сторону.
— Лифт подан — торжественно сообщила Дарья, протянув руку в его направлении.
— Брысь — коротко бросила ей Марина.
Дарья недовольно сморщила носик и удалилась в сторону стойки.
— Что, окучивают? — Марина глянула ей вслед — Смотри, осторожней тут общайся с ними, особенно теперь, когда ты в фаворе у Самого. Обернуться не успеешь, как у тебя перед носом бумажка с двумя полосками окажется.
— У них сложилось обо мне превратное мнение — заверил я ее — Как только любая из них увидит мою берлогу, так она тут же сбежит куда подальше, ломая каблуки. Да я и сам уже порядком пошарпанный субъект. Подистоптался вот за последнее время сильно, гады-годы, понимаешь.
Марина захохотала.
— Чудо в перьях, ты такой только по одной причине — у тебя нормальной женщины нет. Твоя малолетка, ты уж прости, сама выглядит как колхозница и тобой не занимается, зато какие-то замки воздушные строит, да ждет, что ей в руки все само упадет. Мужчину делает его женщина, вот ты и подумай — та с тобой сейчас женщина или нет?
— Зря ты — сказал я Марине — Все она делает как надо, я вообще последнее время как санатории живу. Сыт, пьян и нос в табаке.
