— На снегу были только следы моей дочери, а Вы… Будто упали с неба — никаких следов на подходах. К тому же, мы видели огромного черного дракона. А за время нашего перехода Вы сняли доспех лишь раз, чтобы обработать раны и толком не отдохнули. Даже ночью почти не спали. Такое не под силу обычному человеку. Я уже не говорю о том, что дыры на этой черной броне затянулись сами собой…
— И ты не боишься меня?
— А должен? — мужчина улыбнулся. — Вы спасли Утту. После того, как я похоронил жену, дочка это вся моя семья. Если решите забрать мою жизнь, я посчитаю это достойной платой. К тому же, Вы оказали мне честь, сказав правду. Для моего народа доверие много значит.
— Для твоего народа… — эхом повторил Вэлфиар. Неожиданно он понял, как сильно они с этим горцем похожи. — Все же вы, люди, отличаетесь друг от друга. — Задумчиво протянул Мраконосец.
— Видимо, как и черные драконы, — кивнул Аттр. — Вы меня простите, — смутившись добавил он. — Может я как-то не так себя виду. Но я — человек простой…
— Все в порядке, — успокоил горца Вэлфиар. — Но теперь возвращай домой, Аттр. Дочь ждет тебя.
— Тогда возвращайтесь и Вы. Даже драконов дома кто-то ждет, — Аттр улыбнулся, но улыбка пропала с его открытого добродушного лица, когда он увидел, как взгляд Мраконосца наполнился печалью.
— У меня нет дома.
— Ерунда, — отмахнулся горец. — Дом там, где Вас ждут. У Вас же есть такое место? А если нет, — Аттр не дал Вэлфиару времени на ответ и продолжил. — А если нет — то Вы всегда желанный гость в нашем клане. Вы сможете найти меня в половине дня хода от того места, где спасли Утту. Просто двигайтесь на север и увидите наше селение. Спросите Аттра. Любой укажет на мой дом, который Вы теперь можете считать и своим.
— Я запомню это, Аттр, — Вэлфиар кивнул. — Твои слова многое для меня значат. А теперь — прощай. Поспеши домой. Дальше — я справлюсь сам.
— И Вам счастливого пути, Вэл.
Напоследок горец еще раз пожал Мраконосцу руку и ловко запрыгнул в седло. Вэлфиар смотрел в след удаляющемуся всаднику до тех пор, пока тот не скрылся из виду. Лес поглотил человеческую фигуру, растворив ее в себе. Вскоре дракон уже не слышал и стука лошадиных копыт.
— Люди, воистину, странные создания, — прошептал Вэлфиар Мраконосец и улыбнулся своим мыслям.
Но стоять на месте не было времени. Дракона ждала дальняя дорога и кто знает, возможно, в конце пути Вэлфиар обретет то место, что сможет назвать своим домом.
Летящий со стороны моря ветер небрежно играл рыжими волосами девушки. Они ярким пятном выделялись среди промозглой серости, окутавшей все вокруг. Туман стелился рваными клочьями, с неба сыпала какая-то изморось, а полные дождя тучи провисли так низко, будто вот-вот собирались проскрести вздувшимися брюхами по земле, расплющив идущих по ней людей.
Октавия сидела на холодном камне — единственном островке тверди в раскинувшемся вокруг море грязи и воды. Весенние дожди лили без продыху, будто стремились превратить сушу в непроходимое болото.
Девушка не двигалась и провожала взглядом проходящих мимо людей. Бесконечные вереницы обозов тянулись из-за горизонта. Люди бежали. Собирая все, что не могли бросить, они грузили скарб на телеги и двигались к Великому порту в надежде уплыть с материка.
Почему? А вот здесь была целая история, причем приятной ее назвать, никак не получалось.
Близилась война.
Об этом говорил едва ли не каждый человек, что бросил свой кров и устремился прочь, от разгоравшегося горнила грядущей битвы. Подробностей никто не знал, но нужны ли они? Ходили слухи, что черные драконы покидали свою родину — остров Мрака. Огромной стаей преодолели они Безмолвное море и теперь вторглись на земли людей, уничтожая все на своем пути. Ежедневно гибли тысячи людей.
Из-за холма вышел большой отряд. Не нарушая строя, воины маршировали навстречу бегущим прочь крестьянам, направляясь в сторону Горсинтии. Октавия не знала, что за флаг гордо реет на ветру, и какому королевству принадлежат идущие мимо воины. Девушка понимала одно — если есть солдаты, значит, есть и война.
Крестьяне почтительно расступались перед воинами, уступая дорогу и стараясь не смотреть солдатам в глаза. Некоторые из беглецов, особенно мужчины, словно стыдились своего страха и ненавидели себя за то, что не в силах защитить свою землю с оружием в руках.
Со стороны, Октавия видела, что солдаты тоже взволнованы. Воины крепко сжимали оружие, а в их глазах застыла тревога и какая-то мрачная решимость.
— Много людей, — Амелия появилась, будто из ниоткуда и села на камень рядом с Октавией, поставив на камень свои сапожки.
Дочь красного дракона с любопытством посмотрела на девочку. С трудом верилось, что в этом ребенке течет та же кровь, что и в Вэлфиаре Мраконосце. По мнению Октавии, Амелия была обычным ребенком, пусть и немного странным — в темных глазах девочки то и дело проскальзывала какая-то совершенно взрослая тоска, столь не свойственная ее ровесникам.
