Кроме того, Алике постоянно хотелось спать — видимо, сказывались последствия долгих переходов и череды безумных событий. Сейчас же, оказавшись в тепле, омыв тело и вдоволь насытившись, ведьма постоянно пребывала в какой-то полудреме.
То же самое происходило и с остальными. Арн спал в центре шатра, раскинувшись на подушках и запрокинув голову. Время от времени охотник всхрапывал, но не просыпался, а лишь немного ворочался, не открывая глаз. Октавия лежала рядом с Аликой. На лице полукровки застыло умиротворенное выражение, а грудь вздымалась спокойно и равномерно.
Странно себя вел и Вэлфиар. С момента прибытия, черный дракон рвался увидеть дочь, но вскоре его негодование угасло и, кажется, даже темные глаза стали более тусклыми. Мраконосец сидел в дальнем углу и смотрел в пол перед собой. Иногда он мучительно медленно пытался поднять голову, будто что-то давило на дракона, но сразу же проваливался в сон.
Когда в шатер бесшумно входила Нэйвиара, она подолгу сидела рядом с Вэлфиаром, положив голову ему на плечо и что-то тихо шептала.
О чем она говорила? Да и вообще, кто позволил этой женщине так себя вести?
«Ходит тут…»
Неожиданно Алика поймала себя на мысли, что видела, как Нэйвиара входит и выходит из шатра едва ли не дюжину раз. Но ведьме отчего-то казалось, что она провела в шатре не так уж много времени. Едва ли сейчас вечер. Но, если это так, то почему Нэйвиара постоянно ходит взад вперед?
Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, Алика села и вдруг поняла, что тело ее почти не слушается. Вместо того, чтобы сесть, все что удалось сделать ведьме — слабо пошевелить пальцами на руках.
Девушка закусила было губу, но и это ей не удалось. Сознание Алики немного прояснилось, тогда, как тело будто бы было погружено в сон. Наскоро перебрав в голове все возможные варианты, ведьма пришла к одному выводу — всех гостей шатра либо околдовали, либо отравили. Едва осознав это, Алика незамедлительно прокляла себя за неосмотрительность — не следовало сразу же есть все, что предлагали.
Но путники так устали и были ошарашены тем, что встретили зеленых драконов, что разом утратили всю бдительность. К тому же Нэйвиара была столь радушна…
Оставив самобичевание на потом, Алика задумалась — отчего на ее спутников чары оказали иное действие? Даже столь могущественный дракон, как Вэлфиар, сейчас казался совершенно беспомощным.
Ответ пришел к ведьме довольно быстро — во всех ее спутниках текла кровь драконов. К тому же, сейчас ведьма находилась в теле, что не принадлежало ей с рождения. Возможно, из-за этого сознание Алики и не погрузилось в магическую дрему полностью.
Найденные ответы не слишком-то обрадовали Алику, ведь, по сути, они ничего не меняли — все, включая ведьму стали пленниками и ничего не могли с этим поделать.
«Ну уж нет», — подумала Алика.
Сконцентрировавшись, ведьма начала мысленно произносить строки одного из множества заклинаний, которые она переняла от своей наставницы. Пот выступил на лбу у неподвижной девушки, ее пальцы, будто в судорогах, впились в мягкие подушки, а с губ сорвался едва слышимый стон.
Прошло не более трех ударов сердца, а Алика уже взглянула на мир не своими глазами. Сейчас ведьма видела далекие горы, проносящиеся внизу леса и маленькие фигурки в зеленых доспехах. Порыв ветра защекотал перья Алики, и она поднялась выше.
Поначалу от увиденного у ведьмы перехватило дыхание и ворон, в чье крохотное тело она перелила частицу своего сознания, едва не упал. Но Алика быстро вернула контроль над птицей. Раньше она совершала подобный фокус лишь однажды, переселяясь в черную кошку, второе из доступных для подобного заклинания существ. Но кошек поблизости не оказалось, поэтому Алика воспользовалась тем, что было.
Усилием воли ведьма вынудила птицу сделать широкий крюк, и опуститься на ветку ближайшего к шатрам дерева. Стражницы не обратили на ворона никакого внимания, продолжая стоять на своих местах. Воспользовавшись этим, Алика подобралась ближе и, набравшись наглости, перелетела на вершину того самого шатра, где сейчас находилось ее тело. Девушка не могла не отметить, что почти вся стража сконцентрирована вокруг шатра для гостей и это ей не понравилось.
С новой позиции, ведьма увидела и Нэйвиару. Та о чем-то говорила с одной из стражниц, после чего направилась в расположенный слева шатер. Легко взлетев, Алика перелетела следом и, опустившись на землю, селя рядом со входом.
Заходить внутрь ведьма не рискнула. К тому же, обостренные органы восприятия существенно расширяли возможности Алики. Но из шатра не доносилось никаких звуков. Алика уже заволновалась, как вдруг услышала негромкий голос Нэйвиары.
— Приветствую тебя, мать.
— Дочь моя, — второй голос казался немногим старше первого, но властности в нем было куда больше. Интонации отдаленно напоминали требовательный тон Мраконосца, а это значило лишь одно — говорившая привыкла, чтобы ей полностью и безоговорочно подчинялись.
— Вы приняли решение? — между тем, спросила Нэйвиара.
— Приняли.
