R & # 246; ggi был неразговорчив, когда был дома, и мало рассказывал о том, чем занимался. Похоже, у него не было друзей или знакомых. Никто не приходил в себя и никто никогда не звонил ему. Мужчина много спал в свои выходные и не спал всю ночь. Однажды он проснулся посреди ночи и увидел R öggi на кухне, который курил сигарету, поставив перед собой бутылку. В другой раз он проснулся и обнаружил, что R & # 246; ggi стоит над ним, бесстрастно наблюдая за ним, прежде чем вернуться в спальню, не сказав ни слова. Во всяком случае, он чувствовал, что R & # 246;ggi проявляет к нему больше интереса, чем его мать. Он расспрашивал его о школе и его учителях и смотрел с ним телевизор. Он тоже дарил ему маленькие подарки: сладости, газированные напитки, жевательную резинку.
Затем, одним осенним вечером, когда его матери не было дома, а R 246; ggi был дома, сидя с ним перед телевизором, R 246;ggi спросил, не хотел бы он посмотреть какие-нибудь настоящие фильмы, мультфильмы. Да, сказал он. R & # 246; ggi пошел в спальню и вышел оттуда со странной коробкой, которую он заметил на столе в гостиной в свой первый вечер, вернувшись домой из деревни. R & # 246; ggi снял крышку, чтобы показать проектор, затем вернулся в спальню, чтобы принести картонную коробку, полную пленок, и, наконец, маленький экран на треноге, который он вытащил из длинного цилиндра.
«Я собираюсь показать вам несколько мультфильмов, которые у меня есть», — сказал R & # 246; ggi, доставая несколько катушек из коробки и начиная вставлять одну из них в машинку.
Он щелкнул выключателем, и машина заработала. Экран озарился белым светом. Проектор издавал приятный жужжащий звук, когда пленка прокручивалась перед лампочкой, и в бликах появлялись линии, точки и цифры, пока, наконец, не появлялись изображения.
Они досмотрели фильм до конца. Затем R & # 246; ggi перемотал пленку, убрал ее и достал другую, такую же живую и занимательную, как и первая. Обе были мультфильмами о Дональде Дакке.
Когда все закончилось, R & # 246; ggi вставил третью катушку в проектор, не сказав ни слова. Фильм был цветной, иностранный и начинался с того, что взрослый мужчина гладил по волосам девочку, которой на вид было не больше семи лет. Затем он начал ее раздевать.
«Я никогда этого не хотел!» — крикнул он, стоя над стариком. Тот рухнул навзничь на пол, все еще привязанный к стулу. «Я никогда не хотел смотреть это грязное дерьмо. Ты заставил меня это сделать, ты заставлял меня… ты заставил меня…»
Он пинал мужчину, пинал его, как собаку, пинал его, рыдал и кричал на него, продолжал пинать и рыдать.
«Я никогда этого не хотел!»
Раринн ушел в подполье.
Сигурдур Óли отправился в скромный дом с террасой на Согавегуре, где жил Тхараринн, взяв с собой небольшую команду после того, как решил, что нет необходимости вызывать специальный отряд. Когда он постучал в дверь, уже клонился к вечеру, и над городом низко нависла холодная пелена моросящего дождя. Уличные фонари зажглись некоторое время назад и окутали окрестности туманным сиянием. Сигурдур Óли стоял, ожидая, когда откроется дверь, Финнур рядом с ним и пара полицейских чуть поодаль от них. Два офицера обошли дом сзади на случай, если Тхó раринн попытается сбежать через запасной выход. Внезапно входная дверь открылась, и на пороге появилась маленькая девочка лет шести, пристально смотревшая на них.
Сигурдур Óли наклонился». Твой папа дома? «спросил он, пытаясь улыбнуться.
«Нет», — ответила маленькая девочка.
Позади нее появилась еще одна девушка. Ей, должно быть, было около десяти, и она пристально смотрела на Сигурдура ли, Финнура и других офицеров.
«Твоя мама дома?» — спросил Сигурдур Óли, адресуя свой вопрос на этот раз старшей девочке.
«Она спит», — сказала девушка.
«Не могли бы вы разбудить ее для нас, пожалуйста?» — попросил Сигурдур & # 211; ли, пытаясь говорить дружелюбно. Похоже, это не сработало.
«Мы не должны ее будить», — сказала девушка.
Сигурдур Óли взглянул на Финнура.
«Тебе нужно будет разбудить ее для нас, дорогая», — твердо сказал Финнур. «Мы из полиции, и нам нужно поговорить с твоим отцом. Ты знаешь, где он?»
«Он на работе», — ответила девушка. «Я разбужу маму», — добавила она, исчезая в доме.
Они некоторое время ждали на ступеньках, другие офицеры переминались с ноги на ногу под моросящим дождем. Младшая девочка все еще стояла в дверях, в ее глазах было сомнение. У них был ордер на вход и обыск в доме, но, проигнорировав совет Сигурдура ли, Финнур объявил, что не хочет вызывать ненужную тревогу, если в деле замешаны дети. Они знали, что их было трое, младшему из которых было всего четыре года. Они также знали, что Теóраринн не был на работе. После расследования они обнаружили, что он не выполнял никакой работы с понедельника. Полиция уже объявила тревогу из-за его фургона.
Наконец старшая девочка вернулась и молча смотрела на них с порога, а вскоре после этого появилась их мать. Она явно немного вздремнула и еще не совсем проснулась. Ее пухлое лицо оторвалось от подушки, волосы были взъерошены.
