Она подошла к своему мужу, который, изо всех сил сдерживая слезы, прижал ее к себе, как будто она была последним убежищем в бурю.
«Что?» — снова спросила она. «В чем дело, дорогой? Кто-то умер?»
Кнотур уткнулся лицом в грудь своей жены, и она уставилась на Сигурдура ли, ее глаза внезапно расширились от удивления и беспокойства.
«Что происходит, Кн. тур? Кто этот человек?» Она вырвалась из его объятий. «Что происходит, Кн. тур?»
«О боже!» — выдохнул он. «Я больше не могу этого делать».
Женщина повернулась к Сигурдуру Óли.
«Кто ты?»
Сигурдур Óли посмотрел на Кн ú тура. Он пришел, намереваясь применить винты, но не ожидал подобной реакции. Кнайтур был на пределе своих возможностей.
«Я из полиции», — ответил он. «Боюсь, ему придется пойти со мной, хотя вы можете проводить его в участок, если хотите. Я думаю, он останется дома на ночь».
Казалось, она не могла понять, о чем он говорит. Она понимала слова, но не могла связать их. Видя ее непонимание, Сигурдур Óли надеялся, что Кн úтур придет ему на помощь, но он никак не отреагировал.
«Что он имеет в виду, Кн. тур?» — спросила женщина. «Ответь мне. Ответь мне, Кн. тур! Скажи что-нибудь!»
Их маленький мальчик подошел к двери офиса и уставился на Сигурдура ли, его глаза все еще были полны недоверия. Родители его не заметили.
«Скажи что-нибудь!» — закричала женщина. «Не сиди просто так, как выжатый лимон! Это правда? Это правда, что он говорит?»
«Мамочка», — сказал маленький мальчик.
Женщина его не слышала.
«Зачем? Что ты сделал?»
Кнотур тупо смотрел на свою жену.
«Что ты наделал?»
«Он пытается поговорить с тобой», — перебил Сигурд Óли. «Твой маленький мальчик».
«Мама», — повторил мальчик. «Мама!»
Наконец-то она заметила его.
«Что? В чем дело, дорогой? «спросила она, стараясь говорить спокойно.
Маленький мальчик обвиняюще посмотрел на Сигурдура ли, который испортил ему вечер.
«Торт готов, мамочка».
Благодаря любезности банка они остановились в дорогом отеле недалеко от Пикадилли, где номера были такими большими, что напоминали почти люксы, с собственными офисными помещениями и двумя ванными комнатами в каждом. Все, что они заказывали, все, что они делали, списывалось с их счетов, даже поездка в Мышеловку, которую Сверрир всегда хотел посмотреть, и еще один спектакль в Вест-Энде с участием известной голливудской актрисы. Ему понравился театр. Поскольку и Сверрир, и Арнар придерживались мнения, что британская кухня несъедобна, они питались в дорогих ресторанах восточной кухни, включая их особенно любимый Mr. Chow, китайское заведение неподалеку от Harrods, где они привыкли обедать всякий раз, когда приезжали в Лондон по банковским делам, предоставляя официанту выбирать блюда за них.
Две конференции, которые они посетили вместе с несколькими десятками других менеджеров среднего и высшего звена международных финансовых фирм, были посвящены рискам и потенциальной прибыли от торговли деривативами в второстепенных валютах, хотя две лекции были посвящены налоговым убежищам. Сверрир и Арнар проявили особый интерес, поскольку они были вовлечены в предоставление информации о них более богатым клиентам банка. Процесс был совершенно простым и имел много преимуществ. Например, зарегистрировав холдинговую компанию на Британских Виргинских островах и перечисляя доход на счет, можно было избежать уплаты налогов, таких как налог на прирост капитала, в стране происхождения. Многие клиенты банка воспользовались этой услугой.
В конце второй лекции к ним подошел Ален СöРенсен и поприветствовал их рукопожатиями. Сверрир хорошо знал его, отчасти по другим конференциям подобного рода, но в основном потому, что они регулярно общались по вопросам управления исландскими холдинговыми компаниями в налоговых гаванях. Сöренсен был нанят банком в качестве эксперта в этой области. Сверрир встретился с ним накануне на конференции и теперь представил его Арнару, рассказав, что С öренсен работает в старом, солидном банке в Люксембурге и проявляет большой интерес к Исландии и ее бизнес-сектору.
Ален С ö ренсен спросил, может ли он пригласить их куда-нибудь на суши.
Сверрир и Арнар обменялись взглядами. Они собирались поесть в Mr. Chow, но суши были бы великолепны.
«Хорошо», — сказал Сверрир. «Конечно».
Сначала он повел их в популярный ресторан неподалеку, где они пили джин с тоником и обсуждали все, кроме банковского дела. Позже вечером они выбрали столик в японском ресторане, рекомендованном Sörensen, хотя исландцы с подозрением относились ко всему, что рекламировалось как свежая рыба в центре Лондона. Официанты приветствовали Сöренсена так, словно он был старым другом. После приятной беседы об Исландии, во время которой С ö ренсен заявил, что всегда хотел туда поехать, он перешел к делу, в частности к номинальной процентной ставке Исландии.
