«…Каждый, кто хоть немного знаком с ними, знает, что есть книги и Книги. Ты открываешь книгу и читаешь ее, а потом закрываешь, иногда даже не дочитав, и забываешь навсегда. Но с Книгами все иначе, это они открывают тебя, они читают тебя вслух, и ты сам не понимаешь, откуда взялось в тебе то, что ты слышишь».
— Молодой человек, что вы мне суете? Не могу я это вам пробить, — полноватая женщина-кассир нервно поглядывала по сторонам. — Ни штрихкода, ни названия, ни автора. Перестаньте хулиганить.
— Она лежала у вас вон там, среди акционных книг, — терпеливо втолковывал ей молодой парень в пальто. — Я же не могу просто взять книгу и уйти?
На лице женщины появилось сомнение — все-таки просто так отпустить посетителя с неоплаченной книгой она тоже не могла. Но небольшой светло-коричневый томик был лишен каких бы то ни было опознавательных знаков, кроме небольшого оттиска на корешке — черного пера. Вся ситуация была сильно похожа на один из дурацких розыгрышей, которые теперь стало модно назвать «пранками».
— Сами принесли, наверное, — буркнула она, пытаясь высмотреть среди немногочисленных покупателей второго шутника, снимающего все на телефон. — Она даже не открывается, что я с ней сделаю?
Ни старичок-завсегдатай, ни молодая девушка возле стеллажа с учебными пособиями, ни прилично одетый мужчина у полки с фантастикой на участников розыгрыша не походили, но это кассира не успокаивало.
— Ну… — парень неуверенно замялся и неохотно предложил: — Может, ее на склад тогда? Разберетесь потом?
— Не надо мне ничего на склад! Еще чего, незнакомые вещи на склад носить! Забирайте и уносите, молодой человек, пока я охрану не вызвала, — кассир окончательно убедилась, что посетитель задумал что-то недоброе. — Знаю я эти ваши шуточки! Я ее на склад унесу, а она там чернилами все забрызгает! Или вообще загорится!
— Да вы что! — искренне возмутился парень, но женщина уже не хотела ничего слушать.
А он не очень-то хотел убеждать.
Провожаемый возмущенными возгласами кассира озадаченный посетитель вышел из книжного магазинчика. Промозглый осенний ветер скользнул под незастёгнутое пальто, но молодой человек не заметил этого, все его внимание поглотила книга.
Небольшой светло-коричневый томик был странно податливым, нежным на ощупь, но тем не менее явно кожаным. Мягкий переплет покрылся морщинами, закругленные уголки прогнулись внутрь, кант местами был помят, но не поврежден. Обрез был неровным, будто книгу делал кто-то не очень опытный, и тоже казался странно мягким на ощупь, словно страницы были сделаны из такой же кожи, но необычайно тонкой выделки. Парень давно уже привык причислять себя к странноватой когорте библиофилов и многое знал о книгах, но ни разу не встречал упоминаний об использовании кожи для страниц. Разве что в совсем уж давние времена, но тогда книга вряд ли так хорошо сохранилась бы, да и не выглядела бы так аккуратно.
И она определенно отказывалась открываться. Не поддавалась ни осторожным попыткам разжать книжный блок в каком-либо месте, ни более уверенным нажатиям на мягкий кант. Сильно тянуть молодой человек опасался, не желая повредить тонкой выделки кожу.
Он бездумно зашагал домой, продолжая крутить в руках неожиданную находку и не замечая холодных пальцев осеннего ветра под одеждой. Бродя по книжным магазинам, лавкам и развалам своего города, парень, конечно, лелеял наивную надежду совершенно случайно наткнуться на что-то редкое и интересное. Например, найти книгу с любопытным автографом, какие-то необычное издание или просто старинный томик, который хозяева откопали в бабушкином сундуке и решили сбыть вместо того, чтобы просто выбросить. Но найти что-то подобное в обычном книжном магазине среди крикливых обложек книг с желтыми акционными ценниками он никак не ожидал. Чья-то забывчивость? Глупая шутка, как подумала женщина на кассе?
Дома парень первым делом полез на форумы библиофилов и другие сайты околокнижной тематики, где сидел по большей части в ридонли. Реакция была ожидаемой: все воспринимали осторожное описание и даже фотографии странной книги, как забавный или глупый розыгрыш. Было несколько советов по работе с древними кожаными страницами, но их дали, скорее, для проформы. Книга вовсе не выглядела такой уж древней.
Разочарованно закинув бесполезную находку в книжный шкаф, молодой человек несколько минут сидел перед монитором, собираясь с силами. Кроме любви к книгам, которую он не очень любил афишировать, чтобы не подвергаться насмешкам за старомодное и не особенно популярное хобби, у него была еще одно, еще более тайное увлечение.
Он сам писал книгу.
