Когда приступ закончился, он снова сел на пол в ванной. Его любимая кошка, серая сиамская по кличке Либерти, появилась в дверном проеме, протиснулась между его ног и замурлыкала. Тед посмотрел в ярко-зеленые глаза Либерти. Казалось, она могла заглянуть ему в душу и утешить его. Послышалось теплое мурлыканье, когда еще четыре кошки поднялись по лестнице и вошли в ванную. Они вились у его ног, утыкаясь носами в ладонь, прижимались к нему теплыми, пушистыми боками, пытаясь успокоить хозяина. Тед знал, что умрет в одиночестве, но внезапно его охватил страх за своих кошек. Он знал, насколько безжалостной может быть семья Бейкеров, и оставил в своем завещании указания, как найти для кошек новый дом, но что, если эти ублюдки отомстят его кошкам? Они были единственными товарищами, которые остались у него в этом мире.
— Зачем я с ними разговаривал? Зачем я это сделал? Мне очень жаль, так жаль. Они не причинят вам вреда. Я никому не позволю вас обидеть, — захныкал Тед, уткнувшись лицом в гладкую кошачью шею. Он поднялся с пола ванной и подошел к телефону в коридоре.
Трясущимися, словно налитыми свинцом, руками он снял трубку и набрал номер. Ответивший голос все еще заставлял Теда холодеть от страха.
— Я просто говорю тебе, хочу тебе сказать… Сегодня вечером меня навестила пара частных детективов… — он закашлялся и захрипел. — Они спрашивали меня об утопленниках в водохранилище. Я пытался сбить их со следа, но мне кажется, они уже почти выяснили, кто это… — договорил он.
Кейт удалось поспать несколько часов, проснулась она после восьми. Она спустилась на пляж и долго плавала. Стоило ей вернуться на кухню, как в дверь позвонили. Это был Тристан, в руках он держал бургеры с яичницей-глазуньей, купленные в забегаловке у его дома.
— Прости, я слишком рано? — спросил он.
— Нет, заходи, — ответила Кейт. И он прошел на кухню.
— Ты в порядке? — спросил он, увидев озабоченность на ее лице. Потом сел за кухонный стол, и Кейт протянула ему тарелки.
— Если верить Теду Клафу и Кирсти Ньюветт, а я склонна верить им, то расследование становится опасным, — сказала она, включая газовую плиту и наполняя чайник.
— А еще это значит, что мы все ближе к разгадке, — сказал Тристан, снимая засаленную бумагу с присыпанной мукой булочки с яичницей и откусывая кусочек.
— Трис, я не жду, что ты полезешь со мной в самое пекло. Ты молод, у тебя вся жизнь впереди, и я не знаю, что мы делаем. Я больше не служу в полиции. Мы не детективы, мы ни с кем не работаем…
— Ты забыла, что в университете кое-кто пропал, а мы можем ее найти.
— Да, но, если Аррон Ко и другие нечистые на руку полицейские замешаны в этом, ну, ты знаешь, что случилось со мной в последний раз, когда я обнаружила, что полицейский оказался преступником… — Кейт задрала свитер, чтобы показать длинный, уродливый фиолетовый шрам на животе. — Это сделал Питер Конвей. Полицейский, отчаянно пытающийся сохранить свою тайну…
Тристан перестал жевать. Затем с трудом проглотил еду, а Кейт опустила свитер.
— Прости, что так наглядно, но я не шучу. Аррон Ко — высокопоставленный офицер в отставке… и меня до чертиков пугает возможность, что он может быть замешан в этом деле.
— Кейт, я уже зашел довольно далеко и не собираюсь сдаваться. И разве не правильнее именно так и поступить, особенно если полиция, расследующая это дело, вовсе не хочет, чтобы оно было раскрыто? А если мы выясним, что случилось с Магдаленой? И подумай обо всех тех подростках, у которых не было семьи, чтобы искать их или оплакивать.
— Мы не можем пойти и постучать в дверь Бейкеров… и не можем ворваться в полицейский участок и потребовать показать компьютерные файлы Генри Ко. Я не знаю…
— А как же Варя Кэмпбелл? — спросил Тристан. — Она пятнадцать лет была детективом в этом районе. Возможно, она захочет поговорить с нами.
Кейт замерла, положив руку на чайник.
Старший инспектор Варя Кэмпбелл работала следователем по делу о подражателе с улицы Девяти Вязов, и она была благодарна Кейт и Тристану, когда они раскрыли это дело. Тогда Варя сказала, что она у них в долгу, и, если им когда-нибудь понадобится помощь, они должны позвонить ей.
— Когда Варя сказала позвонить ей, если нам понадобится помощь, она, наверное, имела в виду, если мы получим штраф за парковку или что-нибудь в этом роде, — сказала Кейт.
— Ее повысили до суперинтенданта, когда она перешла в столичную полицию[6]. Что, конечно, дает ей доступ к материалам дела, — сказал Тристан. — Она могла бы рассказать нам что-нибудь об Арроне Ко. Возможно, ей понравится возможность раскрыть громкое дело.
Кейт воодушевил энтузиазм Тристана, он был очень заразительным.
— Может она даже не ответит на звонок, — возразила Кейт.
— Тогда ей позвоню я. В конце концов, это всего лишь звонок. Нам нечего терять, — сказал Тристан. — И мы ведь не выдумщики, нам удалось раскрыть то дело, когда она не смогла. Это чего-то да стоит.
Они доели завтрак, и Кейт быстро приняла душ. Когда она спустилась вниз, они включили громкую связь и позвонили. Варя ответила, будучи у себя в кабинете.
