– У тебя родственник-то часто сюда приезжает? – спросил Гордеев.
– Кузен-то? Нет. Зачем? Сейчас меня здесь и так все, кому надо, знают… – Мятников посмотрел в пустую рюмку. Виктор наполнил ее.
– Везет тебе, Дима. Везде знакомые, свои люди. Давай выпьем.
– Секунду… Ащщ! Ты меня держись, Витя, и все будет в ажуре. Никто нас с тобой не тронет.
– Так просто?
– Ха! А чего сложного? – Мятников снова махнул рукой, но Виктор вовремя успел наклонить бутылку. – О, извиняюсь! Э-э… а! Это же просто, говорю. Я тебя познакомлю с нужными людьми, если что – ты им или позвонишь, или заедешь к ним. Они будут знать, что ты в команде.
– Спасибо, Дима, нет вопросов, ты во мне не разочаруешься.
– Все, наливай. И кр.. краба давай.
Они обменялись рукопожатием. Бутылка после разлива была передвинута на край стола. Мятников наклонился над столом, и Гордеев испугался было, что Диму сейчас вырвет. Но тот разогнулся и, глубоко вздохнув, сказал:
– Ты не подумай, что я пьяный и ничего не соображаю. С памятью у меня всегда чики-чики. Когда мы с кузеном у вас были, он меня потом про Большова спрашивал. Но я ведь знаю – Гера в людях разбирается, и раз тебя замом взял – значит, не зря. Опять же вижу – ты бывший военный, и у меня «бурса» за спиной. А Большому… куда-то наверх незачем, потому что… я все помню, у меня с памятью чики-чики…
О, да у Мятникова тоже обиды на Большова! Дима стал тянуться к бутылке, и Гордеев налил ему.
– Ты закусывай давай…
– Да, конечно. А потом тебя увидел у Птичникова, думаю – вот человек вверх идет, начальник отдела уже, надо ему помочь. Так что давай договоримся – я тебе помогаю, ты – мне.
– Нет вопросов.
– Есть вопрос, один есть. Может тебе не понравится, хотя ты таможенник и все должен понимать.
– Давай, не томи.
– В ходе решения каких-то моментов обычных разговоров может быть недостаточно, и могут понадобиться… ой, – Мятников рыгнул, – извиняюсь… деньги.
Виктор чуть не выдохнул. Разве это вопрос? Впрочем, дело может быть в количестве…
– Ну, я понимаю, – он сделал вид, что осознает навалившуюся проблему. – Будем изыскивать средства. Ведь ситуация в стране такая, что… кому сейчас легко?
Мятников захохотал в голос. Гордеев оторопел.
– Дима, ты чего?
– Вот сразу видно, что ты с Большим поработал. Это же его любимая фраза!
Видимо, лицо у Гордеева сильно изменилось, раз Мятников быстро прекратил ржать.
– Ты не обижайся, просто я его тоже хорошо знал, – Дима посмотрел куда-то вверх. – Ладно, проехали. Когда сможешь ко мне приехать?
– На работу?
– Да. Такие дела лучше по трезвяни решать. Давай в среду, часов в пять? Если надо, я Маслову позвоню, отпрошу.
– Не надо. Решу сам.
– Ты на машине?
– Нет. – Виктор еще перед поездкой решил, что брать машину нет смысла, ведь объем выпитого в перспективе рисовался не малым.
– Отвезешь меня на моей? Ты вроде почти трезвый. Только смотри – у меня спортивная «мицуба», аккуратнее, если можно. Адрес я скажу. Можно, конечно, вызвать водителя…
– Да нет проблем, Дима, говори адрес.
Гордеев рассчитался с официантом, и они с Мятниковым вышли на улицу. Белая «мицубиси» с номером 099 стояла по центру стоянки. Виктор загрузил нового друга на переднее сиденье и дважды проверил надежность крепления ремня безопасности, надежно стягивающего тело Димы. Напарник почти сразу нагнул голову и захрапел. Машина была весьма проворной и мощной, но Витя даже не пытался куда-то гнать. Наоборот, он очень спокойно, не торопясь, ехал. Ему было о чем подумать. О машине – он только собирался взять «Террано II», не новый, и про поездку на подобной спортивной машине даже не помышлял. О предстоящей встрече с Мятниковым – какие контакты он даст, кому и сколько денег придется отваливать. Подумал о прошедшей встрече – она обошлась ему весьма дешево, хотя рассчитывался он один. Виктор покосился на спящего в соседнем сиденье Мятникова, и тот, словно почувствовав его взгляд, начал трясти головой. Постепенно Дима пришел в себя.
– О, уже почти подъехали, – Мятников зевнул, – это что же меня так развезло? Вот-вот, Витя, во двор… и вот стоянка моя. Все, спасибо. Доберешься сам?
– Конечно. Давай, приходи в себя, и в среду, как договаривались…
Они вышли из машины. Виктор поставил машину на сигналку и отдал ключи, которые Дима кое-как, с третьего раза, засунул в карман. Потом они обменялись рукопожатиями, и Мятников, пошатываясь, пошел к подъезду. Гордеев двинул к выходу из двора.
Несколько дней до новой встречи с Мятниковым прошли быстро. Гордеев достаточно спокойно раньше положенного уехал с работы и уже через сорок минут припарковался у нового, красивого здания Городской таможни. «Надо же, стоянка вся пустая», – успел подумать он, как из дверей здания выбежал охранник в камуфляже.
– Отгоните машину, пожалуйста, здесь нельзя останавливаться, – потребовал он.
– Но я сотрудник Летной таможни, приехал к Мятникову, – возмутился Виктор, доставая удостоверение.
– Это неважно. Припаркуйте машину в другом месте.
