- Сейчас не время, - коротко бросил Тенро, неотрывно глядя на холм.
- Время! - Щеки Нирта вспыхнули, и он дернул рукоятку сундука на себя, вынуждая спутника остановиться. - Все постоянно относятся ко мне, как к ребенку! Мне это надоело! Я мужчина и требую к себе такого же отношения, слышите?!
- Успокойся, - Тенро, все-таки, повернулся к юноше и наткнулся на его полные обиды глаза.
- Не желаю до самой смерти быть на побегушках! Не умереть бы только, а там уж я больше глупостей делать не стану. - Кажется, сам себе пообещал Нирт. - Да еще сон этот... говорят, такое к смерти снится и!..
Ослепительно сверкнула молния.
- Этого еще не хватало, - сокрушенно буркнул Нирт. Вдруг он заметил, как впереди на холме, между редких деревьев, кажется, что-то блеснуло. Юноша замер в нерешительности.
- Берегись! - крикнул Тенро, чьи слова растворились в грохоте грома. Но охотник опоздал.
- Что это... - пораженный Нирт, коснулся арбалетного болта, торчавшего из его груди и в этот же миг второй, точно такой же, пробил его руку насквозь, пригвоздив ладонь к сердцу парня.
На побледневших губах Нирта выступила кровь, и он с досадой взглянул на замершего рядом охотника. Перед тем, как жизнь покинула юношу и его глаза навсегда закрылись, он увидел, как арбалетные болты, словно рассерженные пчелы, врезаются в тело охотника.
* *` *
Когда Тенро упал на траву, он уже не дышал. Два арбалетных болта пробили его грудь, один вошел в живот и еще один пробил бок навылет. Кольчуга не смогла защитить тело - ее звенья лопнули под острыми стальными жалами, засевшими глубоко в человеческой плоти, пробившими сердце и вдоволь напившимися свежей крови.
Боль была жуткой, ослепительной, с металлическим привкусом и безумным жжением. Потом тело Тенро ударилось о землю, отчего по пропитанному болью телу пробежала судорога, после которой сердце охотника остановилось.
Застывшими глазами он уставился на пасмурное небо, роняющее на его лицо холодные капли дождя, казавшиеся алыми. Он умирал в крови и грязи, и это показалось знакомым.
А потом наступила тьма. Она окутала Тенро своим саваном, заключив в ледяные и колкие объятья так, как уже делала это раньше. Он уже умирал и теперь вспомнил это.
Мысль об очередной смерти стала для Тенро последней.
Охотник не слышал шума боя, доносящегося с той стороны, откуда он шел. Он не узнал, что Тул, вместе со всеми своими людьми погиб вскоре после него самого. Не видел он и неспешно идущих к его телу мужчин...
Их было чуть меньше двух десятков. Каждый хорошо вооружен и, судя по повадкам, не понаслышке знающий, с какой стороны браться за меч и арбалет. Словно стая волков, они окружили своих жертв, но даже не взглянули на мертвые тела - их интересовал только сундук.
- Как детей, чес слово... - хмыкнул один из мужчин, шмыгнув кривым носом.
- Деревенщины, чего ты хотел-то? - с нескрываемым презрением ответил другой, пнув лежавший неподалеку труп совсем юного парня, с двумя болтами в груди.
- Ага, только один из этих деревенщин ночью отправил Муга на тот свет. - Возразил первый. - Стрелой точно сердце! Это с такого-то расстояния!
- Муг сам виноват! Нечего было шуметь. Я ж за ним прямо стоял, так меня чуть этой же стрелой не прошило. Еще и утаскивать его пришлось.
- А Тигнир и Алиндр? Этот старик порешил их...
- Надо было расстрелять из арбалетов, а не идти на него врукопашную. Он же бывший пехотинец, я сразу татуировку приметил. Да и ладно теперь. Подумаешь, пятеро трупов - больше наши доли. А так, говорил же - дело плевое! Сейчас и денежки поделим...
- А что хозяину скажем? - недоверчиво прозвучал третий голос. - А если еще и Леон прознает, как быть тогда?
- Скажем, что отдали дуракам деньги, да и отпустили, как договаривались. Барону этого хватит. А Леон... этот бы и сам пустил им кровь, если бы не дела в монастыре.
- Мы сейчас к нему? - В голосе неизвестного прозвучало опасение и явное нежелание, куда-либо ехать.
- Угу. Он сказал, что если до нашего прихода не получит то, что нужно хозяину - монастырю конец. Так что давайте поспешим. Глядишь, найдем пару миленьких маленьких и кротких монашек! - Говоривший расхохотался и остальные поддержали его.
- Может эта, поглядим, чего у этих осталось?
- На что ты тут будешь глядеть-то, Гарка? Они ж с деревни. Вон, на оружие глянь - разве что не ржавое, но тупое, что твоя башка! Кошели срезали, и будет, да и в сундуке добра хватает.
- Дык кто ж знает, что Леон с сундука-то заберет? А если все возьмет? Может, хоть лошадей поймаем? - взмолился бандит, но товарищ вновь отказал ему:
- По дороге к монастырю сбыть животин некуда, а коли с собой лишних приведем, так барон может чего и заподозрить. Да и возиться с ними - морока лишняя. К тому же мы взяли деньги, а это главное. Все, седлайте коней, да поспешим к монастырю, а то Леону все веселье достанется, уж больно нетерпеливый он, когда дело доходит до крови.
- Твоя правда, - уже более охотно согласился один из бандитов, тот самый, что поначалу не хотел ехать в монастырь. - Гарка, подсоби-ка с сундуком. И, взяли!..
