Экраны внезапно вспыхнули ярким светом, словно каждый Журавль мог сиять как звезда и вдруг включил это свое освещение. Яркость неожиданной иллюминации была такова, что глаза не выдерживали. Старик вслепую дотянулся до панели дельтавизора и выключил его, а следующим движением выключил и ловушку. Генераторы заворчали, умеряя пыл, снижая обороты. В рубке стояла темнота. Люди открыли слезящиеся глаза. Через несколько секунд Старик вновь включил дельтавизоры, и на засветившемся экране открылось пространство, вдали которого угадывался стремительно уменьшающийся конус.
Теперь Старик понял, что послужило причиной явления, принятого им за вспышку. Кванты дельта-поля были единственными, которые отражались Журавлями; на столь близком расстоянии каждое полотнище стаи превратилось в гигантское зеркало для дельта-излучения, а дельтавизоры корабля послушно приняли отброшенные стаей лучи и безжалостно швырнули их в глаза людям. Было очень хорошо, что все объяснилось так просто; но Журавли опять замедлили скорость и были уже далеко - так далеко, что пытаться сократить расстояние до них, тормозя так же плавно, как и в первый раз, было, пожалуй, бесполезно.
Но все же это был единственный выход. И, стараясь не размышлять о силах, позволявших Журавлям многократно изменять скорость и направление движения, Старик снова включил двигатели на половину их мощности.
Несколько секунд в рубке слышалось только хриплое дыхание. Затем, с трудом выталкивая слова, заговорил Игорь.
- Почему... так... медленно?
Старик нехотя усмехнулся.
- Вам не выдержать.
Игорь передохнул.
- Выдержу. Скорей!
Старик повернул голову. Он глядел мимо Игоря.
- Вы уверены, что выдержите?
- Один раз... да.
Теперь Старик взглянул Игорю в глаза. Через секунду кивнул.
- Хорошо. Но нужно лечь в противоперегрузочное.
- Нет. Должен быть... здесь.
Старик коротко вздохнул и сказал:
- Хорошо.
И плавным движением руки повел секторы вперед.
Игорю показалось, что мироздание всей своей тяжестью легло ему на грудь. Глаза перестали видеть. Он разучился дышать.
- Не сбавляйте...
- Нет, - услышал он. - Даю воздух под давлением.
- Когда будем в точке встречи... скажете.
- Да.
- Только бы... не опоздать.
- Не опоздаем.
Игорь хотел кивнуть, но сделать это оказалось просто невозможно: он чувствовал, что наклони он голову - она отломится и упадет. Тогда он заставил глаза открыться и стал смотреть на экран, пытаясь угадать, где состоится встреча и не опоздают ли они туда.
Они не опоздали. Они пришли в точку встречи как раз вовремя, чтобы увидеть, как пролетают Журавли.
В мертвом безмолвии межзвездного пространства призрачные полотнища скользили мимо корабля. Их безупречный строй не был нарушен, они сохраняли его намного точнее, чем их земные тезки. Корабль продолжал двигаться чуть медленнее стаи, и теперь Журавли неторопливо обгоняли его. С приближением каждого из них приборы улавливали нарастание дельта-поля, затем его мгновенное падение и снова нарастание до максимальной величины, вновь уменьшение до нуля - и все начиналось сначала.
Они пролетали мимо, и Старик подумал, что, судя по данным беспристрастной статистики, он видит их в последний раз. Если сейчас он не совершит того, о чем думал и к чему готовился долгие годы, то потеряет последнюю возможность достичь цели. Самую последнюю. Самую...
Эта мысль показалась ему бесспорной. Но тем не менее он не торопился еще раз пустить в ход ловушку. Ту, на которую так рассчитывал и которая уже два раза не оправдала его надежд.
По-видимому, он до сих пор неправильно оценивал величину поля Журавлей. Она оказалась больше предусмотренного, больше того, на что Старик рассчитывал. Впрочем, даже знай он, что величина эта превышает ту, которую он использовал в своих расчетах и которая была выведена весьма приблизительно, все равно он не смог бы изменить ничего: мощность его ловушки зависела от дельта-генераторов, а генераторы у него и так самые мощные из всех, какие только можно взять в космос. Это была игра втемную, и он проиграл.
Проиграл стае, потому он и разрешал теперь Журавлям скользить, обгоняя корабль. Но мощность его ловушки - он знал это теперь наверняка значительно превышала мощность каждого отдельного полотнища. И выход напрашивался: надо было пропустить мимо большую часть стаи и попытаться выхватить из конического строя лишь одно из последних полотнищ, которое взаимодействовало с полем всей стаи лишь в одном направлении.
Откинувшись на спинку кресла, он считал. Вот на скрещении осей экрана оказался седьмой от основания ряд. Напряжение поля поднялось и опало. Шестой. Считая, Старик бессознательно шевелил губами. Пятый. Приготовились... Четвертый. Пора!
Еще раз дрогнул корабль, выбрасывая в пространство невидимую сеть. Она устремилась в промежуток между пятым и четвертым, и этот четвертый неминуемо должен был запутаться в ее силовых линиях. Люди приникли к экранам. Но в миг, когда им казалось, что это уже неизбежно, неожиданно случилось снова.
