Все шторы, кроме одной, были закрыты, но и этого света было достаточно, чтобы разглядеть комнату, при одном взгляде на которую его сердце сжалось. Комната находилась в ужасном беспорядке: матрац и одеяло были сброшены на пол, два зеркала, одно из них в массивной раме, разбиты вдребезги, окно с сорванной шторой открыто настежь.
Кругом виднелись следы отчаянной борьбы. Повсюду валялись обломки стульев. Стол с лекарствами оказался перевернутым и пол покрыт осколками от склянок и лужицами от пролитых лекарств.
Путлер подошел к постели. Матрац валялся на полу, но подушки остались на месте. Металлическая балка, которая крепила окно, была полусогнута, как будто что-то тяжелое висело на ней. На земле под окном была вмятина, большой рододендрон сломан.
Ни минуты не колеблясь, Дик перекинул ноги через подоконник и спрыгнул вниз. На листьях кустарника виднелись капли крови, но он не смог различить никаких следов. Обыскивая почву, он нашел лужицу крови.
К этому времени Путлер, избравший более удобный путь для спуска, присоединился к нему и, в свою очередь, искал следы на земле и в траве.
— Это случилось, когда мы были на лужайке с местной полицией, — сказал Путлер.
Он бормотал яростные упреки в свой адрес, и Дик принялся утешать его.
— Никто не виноват в этом, — возразил он. — Моя вина столь же велика, как и ваша. Я должен был бы ожидать этого после убийства Томаса. Я должен был, по крайней мере, прийти к нему в комнату и остаться с ним или хотя бы быть поблизости. Бедный Гарри!..
Его голос сорвался, на глазах появились слезы.
— Что это такое?
Дорожка кончилась, на поляне, поросшей травой, виднелись следы, как будто здесь протащили что-то тяжелое.
— Подождите, — заметил Дик, к которому пришла новая мысль.
Он побежал вдоль стены, завернул за угол и остановился перед первым окном библиотеки. Оно было открыто.
Он впрыгнул в темную комнату и отодвинул штору. Дик тут же понял, что кто-то уже побывал здесь. Одна полка с книгами была пуста, ящик письменного стола сломан, на полу валялась открытая денежная шкатулка.
Дик сделал быстрый и короткий осмотр, затем, вернувшись через окно к ожидавшему его детективу, сообщил об увиденном.
За прервавшимся следом протащенной по траве тяжести все следы Гарри были потеряны. Впереди, в четырехстах ярдах от них, виднелась речка Равенсвиль. Налево, скрытые леском, находились развалины аббатства.
Обыск не дал никаких результатов, и Дик вернулся в замок как раз вовремя, чтобы встретить первого прибывшего на место происшествия репортера.
В это утро Джилдер встал в шесть часов.
Он провел бессонную ночь и от души обрадовался рассвету.
Первая почта была принесена только в восемь часов. Он сам встретил почтальона в дверях. Ему адресовалось около полдюжины писем, и он торопливо разобрал их.
Только одно из писем было помечено ближайшей местностью, адрес также был написан знакомой рукой. Он быстро вскрыл его и пробежал глазами:
«Если мы больше не увидимся, благодарю Вас за Вашу любезность и не поминайте лихом Вашего старого приятеля».
Итак, Томас исчез!..
С проклятием Джилдер швырнул письмо в камни и окликнул почтальона, который собрался уже уходить.
— Нет, сэр, больше для вас никаких писем, — заметил он, еще раз проверив свою сумку: — Вторая почта в половине десятого. Почта из провинции обычно не поспевает в город для первой разноски.
Джилдер хлопнул дверью и принялся беспокойно ходить из угла в угол. В десять часов служанка позвала его к завтраку, но вид накрытого стола не возбудил в нем никакого аппетита.
У прибора на столе лежали только что принесенные газеты.
Он открыл первую из них, и статья, набранная крупным шрифтом на первой странице, сразу же привлекла его внимание:
СТРАННЫЙ СЛУЧАЙ В ЗАКОЛДОВАННОМ ЗАМКЕ
(по телефону, Челсфордберри, 2 ч.у.)
«Прошлой ночью, в связи с появлением призрака черного аббата, в замке Челсфордов произошел трагический случай. В 11 часов вечера Ричард Алсфорд, услышав крики, выбежал из дома и нашел мертвое тело человека, одетого в монашеский костюм и зверски израненного по меньшей мере в девяти местах. Это был труп Томаса Броуна, бывшего лакея лорда Челсфорда».
Джилдер с раздражением швырнул газету на стол. Томас!..
Прежде всего он подумал о себе самом. Если узнают, что Томас жил в его коттедже, он автоматически окажется втянутым в неприятнейшее дело. Могут вызвать на допрос, и ему придется присутствовать при всех полицейских розысках и даже в суде.
Он готов был проклясть покойного за его глупость.
