Так вот, что касается подготовки, то он не был бы самим собой, если бы сегодня утром, еще до встречи в кафе, не съездил в Перово, на место, и не проверил, как они, эти помощники, осуществили закладку. Все было сделано нормально. И представитель межрайонной пожарной инспекции, кем он и представился, предъявив не вызывающие никакого недоверия документы, начал бегло осматривать помещения, запасные выходы, лестницы и проверять лично гидранты и прочую противопожарную технику в Доме культуры «Радуга» рядом с детско-юношеской спортивной школой. А в зрительном зале, где должны были разворачиваться все основные мероприятия детского праздника и где ряды кресел заранее отодвинули и установили вдоль стен, чтоб родители сидели и не мешали детям праздновать, инспектор решил еще раз проверить даже противопожарные сигнализаторы, установленные на потолке. Для этой цели он попросил сопровождающих принести ему высокую стремянку и сам полез, чтобы посмотреть, насколько эти сигнализаторы, укрепленные здесь бог знает когда, еще способны выполнять свои охранные функции против задымления и горения. С высоты стремянки инспектор внимательно оглядел зал и остался доволен: практически все пространство будет видно на экране монитора как на ладони. Кроме небольшого прохода, который перекрывали четыре квадратные колонны, но это уже роли не играло. Все, что должно случиться, произойдет именно в центре…
Словом, инспектор остался доволен увиденным и без колебаний подписал акт.
— Собираетесь проводить детский праздник? Извольте, возражений с нашей стороны нет…
Ну правильно, надо было наорать, пригрозить страшным гневом Рената Алиева, чтобы они все сделали именно так, как им приказано… Интересно, конечно, а как же Ренат осуществляет свои контакты с ними? С этими ублюдками, которые не расселены по лагерным зонам исключительно благодаря убожеству самой милиции? И на кого он и его соратники — исламские экстремисты — здесь, в России, рассчитывают? На новых Грозовых? А разве у них много таких, как он? Да и откуда?… Это ведь великое искусство — властвовать не над телами (тела что? — тлен), а над душами людей! Делать их не под страхом пытки и смерти, а лишь по собственной своей прихоти, обожающими тебя смертницами! А? Каково? «Идущие на смерть приветствуют тебя!» Да, такое право дается только избранным. Так вот, он — избранный! А она — его покорная, прекрасная гладиаторша, ждет, когда ты направишь жестом римлянина в Колизее — отогнутым от кулака и устремленным вертикально вниз большим пальцем — на смерть! А для нее это будет сладкая смерть, желанная и всесильная…
Однако пора ее будить. Последний сеанс гипноза, последняя тренировка с поясом шахида и… в вечный путь. А свой последний стакан сока она выпьет, перед тем как выйти из машины. Чтобы у нее окончательно прояснилась в голове ее главная цель. И исчезли даже зачатки страха…
Он вспомнил, как хороша была в этом смысле Майя! И если б не случайно оказавшиеся рядом с ней профессионалы — этого никто не мог и в дурном сне предусмотреть! — то акция была бы действительно громкой. Ну ничего, сегодня промаха уже не будет… А эти, что без конца путаются у него под ногами, они свое получат, обязательно получат, и тоже сегодня! Наступило время великой мести!
Грозов взглянул на себя в зеркальце, которое висело над умывальником в ванной, поиграл ноздрями, подобно породистому жеребцу, и остался доволен своим властным взглядом и вообще внешним обликом. Пожалуй, блондином он себе нравился больше… Таким и увидит его Аня в последний раз. А седеющая бородка, в дополнение к усам, ему пригодится чуть позже. Обязательно пригодится, ибо тем клубом при музыкальной школе дело сегодня не закончится…
Он вернулся в комнату, выпил глоток своей чудодейственной настойки, постоял, ожидая, когда наступит полное просветление, подошел к спящей обнаженной Ане и надел ей на голову наушники. Постепенно усиливая звук тамтамов, он начал совершать раскинутыми в стороны руками с растопыренными, подобно когтям хищной птицы, пальцами круговые пассы над ней. Сейчас она очнется, и он даст этой замечательной девушке последние наставления перед ее прыжком в вечность…
Дима обожал азартную игру. Это была его вторая жизнь. Хотя, как посмотреть, вполне возможно, что и первая, потому что игре он отдавал себя всего, а работе — постольку, поскольку требовались постоянно возобновляемые средства для утоления его страсти.
