В первые два дня Мигеля не было видно дома, и Вероника пояснила, что он вместе с ее мужем осматривает земли, к тому же они присматривают за постройкой амбаров, и вообще у них есть еще целая куча разных дел. Келли довольствовалась обществом служанки. Веро была, как ураган, она вечно была в движении и без единой жалобы занималась всем одновременно. С Лидией Келли почти не виделась и, несмотря на всё внимание Вероники, она по-прежнему чувствовала себя здесь чужой. Чтобы окончательно не пасть духом, Келли как-то заглянула на чердак вместе со служанкой и поразилась количеству вещей, собранных там. На чердаке было все: ковры, канделябры, зеркала, кресла, ткани… Женщины выбрали темно-лиловый ковер, пару кресел с подголовниками и круглый столик во французском стиле. Столик и кресла они поставили у окна, и в комнате сразу стало уютнее. Келли была благодарна Веро за ее приветливость и обходительность. Если у служанки выпадало свободное время, она сбегала от домашних забот и подолгу гуляла вместе с Келли неподалеку от дома, но не приближалась к тем местам, где еще велись работы. Лидия с радостью присоединялась к этим прогулкам.
На третий день вынужденного безделья, поскольку Веро даже слышать не хотела о том, чтобы Келли помогала ей на кухне или прибралась где-нибудь, девушка пришла к конюшням, и была приятно удивлена, увидев там юнгу с «Черного Ангела».
— Тимми!
— Мадемуазель! Я хотел зайти проведать Вас, как только закончу работу, — паренек отложил щетку, которой чистил восхитительного жеребца, вытер руки о штаны и подошел к Келли. Девушка поцеловала Тимми в щеку, и мальчишка зарделся от удовольствия.
— Ты даже не знаешь, Тимми, как я рада снова видеть тебя.
Жеребец, черный, как смертный грех, заржал, тоже желая привлечь к себе внимание, и Келли подошла к нему. Конь был поистине чудесным — статный, с длинными, точеными ногами, и девушка по неведомой ей причине сразу связала его с Мигелем.
— Это конь капитана, — сказал ей Тимми, тоже ласково поглаживая жеребца. — Мы только что с ним познакомились и подружились. — Капитан велел мне подготовить его, потому что поедет в город.
— А где он сейчас?
— В полях, сеньорита, вместе с господином Бризе.
Келли провела рукой по морде жеребца, тот мотнул головой, а потом положил ее на плечо девушки. Келли испытывала безграничную близость к коню, чувство, которого ей так не хватало.
— Ах ты, соблазнитель. Мне так хотелось бы проехать на тебе верхом.
— Вы можете попросить разрешения у капитана, когда он вернется.
— Думаешь, он разрешит? — Тимми в сомнении почесал затылок. — Ладно, какая разница, это была всего лишь идея. Я скучаю по верховым прогулкам.
— Здесь безграничное раздолье, думаю, капитан не станет возражать, если Вы не станете отъезжать далеко от дома. Это опасно.
— Почему опасно?
— Можно наткнуться на какого-нибудь злодея. На Мартинике их всегда хватает.
— Не думаю, что они опаснее твоего капитана, — язвительный тон Келли заставил мальчишку подпрыгнуть.
— Он не злодей, сеньорита.
Келли кивнула — здесь все думали, что Мигель был чуть ли не святым, спустившимся с небес. Черт побери! Как же плохо они его знали! Она вернула лошадь Тимми и улыбнулась, чтобы смягчить свое едкое замечание. Ей нравился этот наказанный жизнью паренек с прямым, открытым взглядом. Келли было жаль, что мальчишке вместо того, чтобы ходить в школу, пришлось плавать на пиратском судне, играя жизнью и рискуя. Если бы она могла поговорить с Мигелем… Девушка решила увидеться с ним дома, хотя шансы встретить Мигеля с каждым разом казались ей все менее вероятными.
Однако она ошибалась. Мигель пришел домой где-то через час. Увидев Келли, он остановился и недовольно поморщился. На ней было ее старое платье, выстиранное и снова заштопанное. В данной ситуации она считала неправильным надевать платье, подаренное ей, как даме.
Келли собрала волосы в конский хвост и на манер Вероники заправила их под косынку. Девушка знала, что вид у нее не ахти какой, но, по крайней мере, она была чистой.
— Надеюсь, сегодня вечером ты будешь выглядеть лучше, — язвительно-кислым тоном заметил Мигель. Разглядеть выражение его лица было невозможно, потому что он уже поднимался по лестнице на верхний этаж.
Келли не могла поспорить с ним. Выглядеть лучше? Должно быть, он круглый дурак! И что, интересно, он думал она наденет? Ведь у нее было только одно платье, которое он ей подарил. У нее нет даже порядочных туфель. Чего он ждал? Что она разоденется, как королева? Она уже не была дамой знатного рода, и в ее распоряжении не было полного гардероба одежды и достаточного количества туфель и сапожек.
Она даже не была его любовницей, по крайней мере, официальной любовницей. Тем, обычно, всё дарят за то, что провели с ними время. А простой рабыне? Да где это видано, чтобы рабыням дарили подарки? Что она могла ждать от него? Келли хотела плакать, но от злости не могла.
