Книга для детей и подростков. С удовольствием читают и взрослые. Для семейного чтения. Добрая. Приключения, фантастика, детектив, познавательное, школьные истории…Легко читается. Имеются два совершенно различных варианта окончания.
Эта книга появилась на свет удивительным способом. Как-то отец обратил внимание, что его дочь читает по большей части детективы. В воспитательном порыве, он стал возмущаться, утверждая, что такая литература ничему новому ребенка научить не может. Это и понятно: жанр обязывает. Конечно, если в подобных романах, кроме приключений разместить познавательную информацию, то это будет уже не детектив. Поэтому полезных, а не развлекательных детективов не бывает.
— Нет, бывают! — как могла, возражала дочь. Но, как назло, ни одной книжки для примера, опровергающего отца, в тот момент под рукой у нее не оказалось. В конце концов, дочь в сердцах заявила, что если такого детектива сейчас нет, то она напишет его сама. И взялась за перо… Отец смотрел, смотрел и, не выдержав, сел редактировать.
Необычное в этой книге и то, что она имеет одно начало, но два абсолютно разных продолжения:
Что же в итоге из всего этого получилось? Не столько детектив, сколько «занимательные приключения друзей, школьников»! Хотя, конечно же, судить Вам…
— Мамочка родная! — причитал от страха Нафаня. — Что же делать? Что же мне делать?
Он сидел запертый в темной подвальной комнате и думал над тем, что, судя по всему, жить ему осталось совсем недолго…
Нужно сказать, что утром этот сентябрьский воскресный день никак не обещал обернуться такими невероятными приключениями. Помнится, Нафаня проснулся позднее, чем обычно, хорошо выспавшись. Настроение было просто замечательным…
— Мамуль! Дай денег на карманные расходы, — собираясь гулять, попросил он.
— Возьми в шкафу, только возвращайся не очень поздно, — бросила дежурную фразу мать.
— Хм… Не поздно, это в девять?
— В восемь, — на всякий случай урезала время возвращения мама.
— Ладно, ладно! В полдевятого, — почти согласился Нафаня. И, немного помолчав, тихо, чтобы его не услышали, добавил, шутя: — В полдевятого утра.
Тогда он еще не знал, насколько эти слова окажутся пророческими…
Немного позже Нафаня сидел в маленьком кафе и с наслаждением потягивал колу. Он любил бывать здесь. Кафе располагалось в старом, одноэтажном здании с пузатыми башенками на крыше. Сто с лишним лет назад в этом доме была то ли оптика, то ли аптека. Горожане знали об этом по рекламным надписям на стенках, расхваливающим очки и пенсне. Надписи эти имели странное свойство: раз в пять лет проступать сквозь современную краску. Или старая краска была такая качественная, или современная настолько плоха — непонятно. Но, как только на стенах начинали проявляться слова с дореволюционными «ять», всем было ясно — скоро будут делать очередной ремонт…
Современное кафе очень удачно вписалось в интерьер старинного особняка. Только вот название у него было какое-то нелепое — «У папы Карло». Интересно, причем тут Папа Карло? Может быть оттого, что хозяин кафе работал здесь один, вкалывая как папа Карло?! Официанток он не держал. Сам все продавал, убирал посуду, мыл…
Днем здесь слегка прохладно, народу обычно мало, и как-то по — особому уютно. Нафане было приятно развалиться в удобном кресле, делать небольшие глоточки напитка и ощущать себя почти взрослым. Место, где расположился мальчик, находилось в тени под самой стойкой бара. Через тонированные оконные стекла можно наблюдать за прилегающей улицей, видеть всех входящих и выходящих. В боковые зеркала почти полностью просматривался зал. Других посетителей сейчас не было.
Через окно Нафаня заметил, что возле входа остановилась иномарка. Даже неискушенному человеку было ясно, что это не просто дорогой автомобиль, а о-о-о-чень дорогой… Нафаня, разомлевший от вкусной колы и комфорта, окинув взглядом машину, автоматически отметил для себя эту деталь.
Из иномарки вывалился мужчина внушительных размеров и направился в кафе. Тип был сильно взбудоражен. Может быть, поэтому, на пути к бару, в запале он не заметил в тени полукруглой стойки одинокого мальчика.
Наивно полагая, что он в кафе один, а может быть, и вообще один во всем мире, толстяк стал орать благим матом:
— Саныч! Саныч, ядрёна вошь! Ну, где ты там?
— Что такое? — появился из-за шторки Саныч, хозяин кафе, он же бармен.
