Над враждующими семьями Хантли и Морленд тяготеет страшное проклятие — бесценный черный бриллиант неизменно навлекает несчастья на его владельцев.Но однажды юная Аврора Хантли, в ужасе от предстоящего брака по расчету, попросила помощи у заклятого врага — герцога Морленда. И родилась великая любовь, страстное чувство, разрушившее силу старинного проклятия…
— Я не выйду за него!
Леди Аврора Хантли резко, как от ожога, вскочила из-за стола, чуть не опрокинув при этом стул. Она с выражением крайнего недоверия уставилась на брата, ее грудь просто распирало от кипевшей в ней ярости.
— Боже мой, Слейд, да ты, наверное, сошел с ума?
— Нет, — сказал граф Пембурн, поднимаясь с кресла и угрожающе сощурив свои серебристо-серые глаза. — Уверяю тебя, Аврора, со мной все в полном порядке. Твое же поведение, напротив, граничит с безрассудством. А теперь сядь!
— С безрассудством? — Аврора проигнорировала его указание и откинула назад голову, пристально вглядываясь в лицо своего высокого и грозного брата. — Ты ведь сам только что объявил мне с такой же обыденностью, как объявляют днем время, что скоро выдашь меня замуж за этого любезного, но ничем не примечательного человека. Человека, которого я видела всего один раз, к которому я не испытываю никаких чувств. И после этого ты считаешь мой гнев безрассудным?
— Виконт Гилфорд — прекрасный человек, — возразил Слейд таким тоном, словно готовился к бою. — Он честен и принципиален: я уже довольно долго имею с ним дело и лично убедился в этом. Кроме того, он обеспеченный, уважаемый и великодушный человек, хорошо владеющий собой, не говоря уже о том, что Гилфорд симпатичен и очарователен. Многие женщины соперничают друг с другом, добиваясь его любви и его имени, что только подтверждает мои слова..
— Но я отличаюсь от большинства женщин.
Слейд сжал челюсти так сильно, что у него на лице заиграли желваки.
— Я очень хорошо это знаю. Тем не менее виконту присуще все, о чем я только что сказал, и даже больше. Он также, к счастью или несчастью для себя, сильно увлекся тобой, всего лишь после четырех или пяти встреч. Гилфорд говорит, что был просто очарован тобой уже во время своего первого визита в Пембурн. Это случилось, когда я вынужден был задержаться на деловой встрече. Он рассказывал, что ты составила ему прелестную компанию и развлекала его, пока я не приехал.
— Развлекала его? Да мы просто побеседовали о первом ходе и штрафных очках при игре в вист. Виконт даже любезно попытался научить меня играть в эту игру. Прошло приблизительно минут пятнадцать, и потом приехал ты. Вы тут же направились в гостиную, а я извинилась и оставила вас. Вот и все развлечения, которые я ему устроила.
— Ну и хорошо. Ты, по-видимому, произвела на него прекрасное впечатление, показавшись виконту живой и красивой. Более того, он сделал свой выбор и быстро уменьшил число тех немногих, кто оставался равнодушным к проклятию Хантли и скандалу, связанному с нашей вековой враждой с Бенкрофтами. Если ты припомнишь события двух прошедших недель, то последнее может оказаться самым значительным из всех достоинств Гилфорда. Так что, несмотря на твои протесты, ты все-таки выйдешь за него замуж.
— Но, Слейд…
— Нет. — Слейд непреклонно и резко махнул ладонью, прерывая невысказанную просьбу Авроры. — Мое решение окончательно, соглашение заключено, и обсуждать больше нечего.
Аврора глубоко вздохнула, пораженная непреклонной твердостью приказа Слейда. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как она видела подобное жесткое, непреклонное выражение на его лице. Если вспомнить точнее, то это случилось минувшей весной. Сейчас Аврора почувствовала, как непроницаемая стена полного непонимания встала между ними.
Она подумала, что прежний Слейд для нее исчез навсегда вместе с его постоянной ненавистью к Бенкрофтам. Тот Слейд исчез еще в мае, когда он повстречал, а потом и женился на Кортни Джонстон. Эта женщина, обладая спокойным характером, преданно любила Слейда и проникла в его сердце, примирив его с прошлым и дав надежду на будущее.
До сих пор существовала опасность, что все это счастье может разрушить человек, которого так ненавидел Слейд:
Лоуренс Бенкрофт, герцог Морленд.
Ярость закипала в душе Авроры, когда она вспоминала о той грязи, которую герцог раскапывал в ходе своих проклятых изысканий, и о его ложных обвинениях. Будь он проклят за то, что раздувает сомнения, которые в конце концов начали увядать. Проклят за то, что навел всю эту клевету на семейство Хантли, а потом умер, раньше, чем кто-нибудь смог опровергнуть его.
Более того, пусть пропадет этот чертов черный бриллиант, он сам и его ужасное проклятие, которое в течение трех поколений преследовало семейство Авроры. Неужели они так никогда и не избавятся от его мистического, гибельного влияния?
Судорожно сглотнув, Аврора попыталась взять себя в руки.
