— Думаете в правильном направлении. У меня есть кое-какая информация, но нет людей. А человеческий материал подобрать труднее всего. Именно поэтому я и попросил вас выручить этих аграриев. Вокруг творится такая дичь, что каждый здоровый росток на счету. Но для такой работы их ополчение не годится. У вас больше опыта. Вы ведь весь областной центр облазили.
— И поэтому нам выпала честь таскать для вас каштаны из огня? — Они были в равном положении, поэтому Демьянов мог позволить себе дерзить.
— Таскать не для нас. Или вы думаете, мы хотим залезть туда, чтоб утащить коробку консервов?
Демьянов тактично промолчал. Наверное, он и вправду привык думать о людях с позиции голодного зверя.
— Мы хотим найти что-то, что может помочь этой стране, — внезапно произнес генерал. Это звучало так неправдоподобно, что не было похоже на вранье.
— Я иногда думаю, «этой стране» и пять лет назад помочь было невозможно, — скептически проронил майор. — Тем более сейчас. Ну да ладно, снявши голову, по волосам не плачут. Какова диспозиция? Что нас там ждет?
— Я могу дать только общие советы. Каждое такое сооружение строилось по индивидуальному плану, а это вообще ни на что не похоже. Даже наш Косвинский Камень рядом с ним не стоял. Понятия не имею, что там внизу, — генерал развел руками.
— А уж тем более —
Генерал достал из кожаной папки чертеж, похожий на схему выработок шахты. Рассматривая аккуратный набросок, явно выполненный человеком, привыкшим чертить без программы «Autocad», Демьянов все больше хмурился.
— Если я правильно понял масштаб, это чуть меньше Новосибирского метро. Разве для командного пункта нужно вынимать столько породы?
— Вот и я о том же. Сдается мне, эта штука ближе по назначению к комплексу на Шпицбергене, чем к нашему Косвинскому Камню. Наверняка супостаты сами строили что-то подобное у себя в Колорадо. А если копнуть, то у каждой третьей страны найдутся сходные катакомбы. Тоннели в швейцарских Альпах, метро Пхеньяна, подземелья корпоративных небоскребов Токио. Шутка в том, что как раз-таки от прямого ядерного удара ни одно из этих сооружений с гарантией не защитит.— И для чего тогда их строили?
— Думаю, вам это предстоит выяснить.
— Вы, вы и вы тоже… — Демьянов скользнул взглядом по Александру, но ничего не сказал и двинулся дальше.
Данилов знал, что никакое прошение подавать не надо. Если не взяли, значит, не взяли.
Весь этот день они грузили картошку, морковку, капусту, свеклу и даже репу. Небо с утра было чистым, но один раз зарядил слепой дождик, что заставило их понервничать. К счастью, он быстро закончился. Вот так и закончилась героическая поездка — начал грузчиком, им и остался.
Но, оказалось, он ошибся. Тех, кого назвали, наоборот, отрядили на доставку беженцев. Их было всего пятнадцать, что наглядно показывало, как расставлены приоритеты.
Селяне погрузились очень оперативно. Все мужчины были с ружьями и автоматами: а значит, доверие им было таким, что охранять они себя должны были сами. Машины покинули опустевшее село и отправились в обратный путь к Подгорному.
Тех, кто должен был продолжить экспедицию, осталось сорок человек. Их ждала дорога в противоположном направлении — на запад.
Все тайное становится явным. Не стала исключением и цель их путешествия.
Ямантау… Ямантау… Ямантау. Несся слух по колонне.
Данилов мог бы много рассказать об этой горе, но все это были досужие сплетни.
В России было не так много любителей конспирологии, как в США, но они были. И Александр был как раз из таких. Но что же он, перечитавший гору информации о тайнах и заговорах, знал о Ямантау?
Во-первых, что это самая высокая гора южно-уральского массива с высотой 1640 м. Ближайший город — Межгорье. До того, как стать Межгорьем, он был посёлком Татлы со станцией Юша; в 1979 году стал Уфой-105; потом Белорецком-16. Видимо, чтоб враги головы поломали.
