Он заметил их первым и сразу понял, что опасность с этой стороны равна нулю. Двое мужчин в костюмах-двойках с галстуками (где ещё, кроме Острова, такое увидишь?) вели под руки не очень тепло одетую девушку в сетчатых колготках, из которых получился бы неплохой невод. Все трое нетвёрдо держались на ногах и пьяно похихикивали.
Бороды у богатеньких аборигенов Острова были совсем не такие, как у мужиков из деревень. Ухоженные. Иногда от них даже парфюмом пахло. Почему-то такая внешность у Младшего ассоциировалась со жрецами Древнего Вавилона.
Эти точно не рабочие. Вон, туфли аж блестят. Большие шишки на службе одного из магнатов. Судя по значкам на пиджаках, работают на Кауфмана.. Получали они явно побольше, чем гвардейцы, да и служба их была гораздо менее опасной и пыльной. Понятно, что Александр им завидовал. И сам бы не прочь оказаться на их месте. Разве что бородку такую не хотел. Хотя мода у высших слоёв Острова была многообразной — некоторые ходили с гладко выбритым подбородком, а кое-кто даже голову брил.
Молчун шёл по неосвещённой стороне улицы, но и не прятался. И троица даже не заметила его. Занятые своими делами, они прошли дальше, туда, где светились окна нескольких жилых домов. И уже на пределе видимости затянули вслед за дамой пьяную песню: «Знаешь ли ты, вдоль ночных дорог, шла босиком, не жалея ног». Хотя дама их шла не босиком, а в туфельках на очень высоких каблуках.
Больше встреч с местными не было. Александр шёл кратчайшим путем, считая ниже своего достоинства идти окольными. Ещё один патруль «енотов» прошёл всего в десятке метров, но не заметил его, спрятавшегося в подворотне.
А вот и Дворец. Площадь рядом с бывшим зданием факультета, а ныне штаб-квартирой магната, очищена от мусора и освещена тремя десятками старинных фонарей. Её перегораживает железная решётчатая ограда, выкрашенная в чёрный. Она выбивается из «исторического» вида, наверное, потому, что это современный новодел. Поверху идёт витая колючая проволока. Тут уже не перелезешь. Говорят, её собрали и вкопали совсем недавно.
Внутри этого периметра ещё один, с забором пониже — стоянка, где припаркованы штук пять легковых машин.
Бетонные блоки перегораживают улицу так, чтобы остался только узкий проезд для одного транспортного средства. Несколько охранников сидят в павильоне, и ещё минимум двое с собакой только что появились из-за угла Дворца. Видимо, обходят здание по периметру. А сколько их ещё могут занимать позиции на соседних чердаках? Серьёзно подходит Кауфман к своей безопасности.
Даже окна нижнего этажа, как говорили, бронированные. Однажды кто-то попытался бросить камень. Только царапины остались, а сам умник тут же получил пулю.
А вот тут уже прятаться нельзя. Охрана предупреждена. Если мажордом, конечно, не соврал и не разыграл своего доставщика груза. От такого мерзавца всего можно ждать.
Сунув руки в карманы, расправив плечи, Молчун пошёл напрямик через площадь к КПП. И когда на него направили автоматы двое выскочивших «енотов» в сером камуфляже ОМОНа, улыбнулся:
— Свои! Я по важному делу к мажордому Баратынскому.
Здоровые охранники, отличающиеся от обычных «енотов» с улиц — эти были отборными, хотя скорее откормленными, а не накачанными, — носили бронежилеты. Они завели его в будку. Пропустили через металлоискатель. Тщательно обыскали. Убедившись, что оружия у Саши нет, принялись за рюкзак. Удостоверившись, что там только книги, прощупав ткань, вплоть до подкладки, старший караула кивнул.
— Иди за мной, — произнес похожий на боксёра жлоб с расплющенным носом.
Шлагбаум не поднялся и металлические ворота не открылись. Зато открылась калитка меньшего размера, куда и предложили войти Саше. Первый «конвойный» шёл впереди, держа, будто невзначай, руку у кобуры, где явно был не бутерброд. Пожав плечами, размашистой походкой «сталкер» пошёл вслед за ним к громаде Дворца, освещенной кольцом фонарей. В самом здании большинство окон были тёмные. Трудно было не исполнить приказ — напарник жлоба шёл за Младшим на расстоянии полуметра. Разве что руки не заломил и наручники не надел. Вот так, сопровождаемый двумя мордоворотами, он был введён в цитадель восточного магната Острова.
Они направились не к шикарному главному входу, оформленному портиком с колоннами, а к левому крылу. Там его провели к совсем не парадному крыльцу — явно пристроенному недавно, из кирпичей, скреплённых цементным раствором, и даже ещё не оштукатуренному, открыли железную дверь и повели по лестнице вниз.
«А меня тут не грохнут, в этом подвале?» — подумал Младший, когда они, срезав путь через давно не крашенные подземные переходы, где пахло пылью и плесенью, валялись катышки мышиного помёта и груды спрессованных от времени старых бумаг, — снова выбрались на первый этаж здания.
Тут уже всё было по-довоенному пафосно. Хотя Младшему больше нравилась обстановка в Небоскрёбе Михайлова: доминировавшая там «офисная» тема, которая для стариков выглядела скучной, для них, молодых, смотрелась как шик и хай-тек.
