– Какой? – старик уселся на свой стул, скрестив руки на груди и вздернув морщинистый подбородок. Несмотря на то, что наши доктора могли сделать его лицо снова юным и свежим, Олдман с гордостью нес свой возраст. Ну, почти с гордостью. Все, о чем он заботился – работа его организма. Честно говоря, мы даже знать не знали, сколько ему лет в реальности.
– Нам нужны живые наблюдатели внутри убежищ, – я нервничала, но старалась не показывать этого старику. Любое лишнее телодвижение, и он мог заподозрить, что не все так просто в моем предложении.
– Так, – мужчина положил руки на стол и теперь уже без единого скепсиса желал выслушать мое предположение. – Слушаю, – на меня уставился весь конференц-зал. Я чувствовала на себе реальную заинтересованность, но в то же время меня прожигали злость, ненависть… Это те чувства, которыми были пропитаны большинство здесь сидящих людей. Мы – убийцы. Самые настоящие убийцы, которые под прикрытием науки творят страшные вещи.
– Камеры – это, конечно, хорошо, – голос предательски подрагивал, но старик воспринимал это по-своему, думая, что его величие пугает меня. Хотя это величие сводилось исключительно к большим деньгам, которыми он подкупал всех вокруг. – Но лучше поселить в убежища одного своего человека, который будет подстегивать эксперимент и передавать действительно важные данные.
– Хм… Интересно, – старик встал. – Действительно интересно. Вот только кто согласится добровольно пойти в обычное убежище, забыв о нашем? – мужчина сверлил меня своим тяжелым взглядом.
– Чтобы показать верность корпорации и доказать серьезность своих намерений, я стану таким добровольцем, – в зале поднялся гул из аплодисментов, вздохов, осуждения и поощрения. Олдман одобрительно кивал и придумывал уже этапы своих дальнейших экспериментов.
События текущих дней
– Ты слышишь меня? – я пощелкал пальцами перед лицом матери.
– Слышу, – и снова эта горькая усмешка.
– Тогда, будь добра, ответь на мой вопрос, – и все равно в душе я пропустил укол сожаления. Глубоко роилось желание позвать Кэтрин, мама выглядела плохо. Несмотря на молодое, все еще по неизвестным мне причинам, лицо, она казалось безжизненной, под глазами проступили синяки, исчез румянец, которым, в отличие от других жителей, мама могла похвастаться еще день назад.
– Операция «После»… Да?
– Именно, – я начинал раздражаться.
– Одним словом ее не описать. Корпорация всегда проводила множество не самых человечных опытов, прикрываясь разработками лекарств, устойчивых к болезням культур, космическими спутниками… Но основная цель корпорации – изучение поведения человека в разных ситуациях.
– Ты хочешь сказать…
– Я хочу сказать, что все, что здесь происходит – обычный эксперимент, который с самого начала шел по четкому плану, – мама смотрела на меня, не отводя взгляда.
– Это как? Взрыва не было? – Герд подошел быстрым шагом к нам, не зная, как реагировать на полученную информацию.
– Был, и очень сильный, – мама опустила глаза в пол, через несколько секунд вниз полетели небольшие капли слез. Как черный дождь, они только усиливали ужас от всего происходящего, играя посмертный гимн в кромешной тишине…
За несколько дней до взрыва
– Джена, – Мориус держал меня обеими руками за плечи, надеясь, что я передумаю. – У тебя еще есть возможность передумать, я смогу подобрать на твое место…эм… не такой ценный кадр.
– Нет, доктор, я должна быть там. Мне наплевать на всех. Но, зная, что может сотворить Олдман, я смогу вывести сына и проведу его в нормальное убежище.
– Старик не позволит, – мужчина отрицательно кивал из стороны в сторону.
– Позволит, ему нравится, когда его лабораторные мышки пробивают клетки. А я уверена, что для Олдмана все мы – просто мыши, за которыми он с большим удовольствием наблюдает. Как мы живем без своих семей, гробим друг друга ради продвижения по карьерной лестнице… Не думайте, что каждый из нас не занят в чем-то подобном.
– Мне тебя не отговорить…
– Нет, – я взяла руку надежного друга и сжала ее так, чтобы он смог понять, насколько ценна его поддержка.
– Не знаю, сможете ли вы выбраться… Но вот здесь, – мне в руку незаметно всунули клочок бумаги, – Здесь…Джена, поклянись мне, что ты сможешь выйти оттуда.
– Что? – я была в замешательстве, мужчина смотрел на меня, как на уже мертвого человека, отчего становилось не просто страшно, хотелось поверить, что через секунду я проснусь от жуткого сна.
– Здесь координаты нашего убежища, – у меня округлились глаза.
– Как? Как вы смогли найти их? Еще никто не знает! – я сжимала заветную бумажку, понимая, что это ключ к нормальной жизни.
– Я же говорил, что для тебя, милая Джена, готов на многое. Не знаю, как ты это сделаешь, как сможешь прорваться, но… Но я буду ждать тебя, – мужчина поцеловал тыльную сторону моей ладони.
– Это слишком, Мориус, – по моей щеке потекла слеза.