Проходя по останкам жильцов, мы предусмотрительно взяли обычные автоматы. Сжимая их и держа в постоянной боевой готовности, чтобы прикрыть Майкла и Герда, который просто не мог бросить инженера, ни я, ни Серж не обращали внимания на кровь на руках. В новом мире – это залог выживания. Не обращать внимание на насилие и на то, что ты стал частью этого.
Мы прошли уже больше десятка комнат, когда услышали вдали женские всхлипы. Подав всем сигнал вести себя тихо, направились в сторону доносившегося звука. Герд быстро посадил Майкла на пол, тот просто находился в какой-то прострации, только подтверждая мою мысль о том, что прийти в себя до конца ему теперь не удастся.
Серж тихо дал Герду пистолет, который был припрятан в поясном кармане. Я искренне надеюсь, что хотя бы этих женщин нам убивать не придется. Несмотря на то, что насилие уже стало частью души каждого из нас, всегда хотелось осветить кромешную ночь лучиком света. Таким светом может стать спасение двух невинных женщин. Надеюсь, что невинных.
– Их точно только двое? – Герд шепотом задал вопрос, пока мы тихо продвигались к источнику звука.
– Понятия не имею, мои подсчеты идут исключительно со слов Мерфи. Теперь вообще нельзя быть уверенным хоть в чем-то, – мы стали напротив двери, где находились оставшиеся в живых.
Всхлипы не прекращались, лишь временами затихали, чтобы снова разразиться с новой силой.
– Приготовьтесь, – Серж стал со стороны электронного ключа, готовый в любую секунду нажать на замок. – На счет три, – все согласно кивнули.
– Один, два, три…, – дверь запертой комнаты открылась с раздражающим скрипом.
– Пожалуйста, помогите мне, – окровавленная женщина, истекая багровыми слезами просила о спасении и помощи.
– Они уже никому не смогут помочь, так ведь? – вторая спасшаяся, находящаяся объективно в лучшем состоянии, просто сидела и смотрела в одну точку, практически не реагируя на нас и свою вынужденную подругу.
– Кто это с вами сделал? – я не спешил опускать оружие, как и заходить внутрь помещения.
– Фрэнсин… Я случайно увидела, как та через командный пункт передавала какие-то данные… Представляете, я просто решила спросить у нее, не осталось ли у нас лекарств от тошноты…, – окровавленная женщина закашлялась, из ее рта брызнула красная слюна, которую та даже не стала вытирать.
– Она беременна… Была, судя по всему, – закончила за нее вторая девушка.
– Я пошла за ней, не знаю, почему я просто не окликнула Фрэнсин, почему не позвала… Видимо, мое любопытство погубило меня. И моего ребенка, – кровавые руки погладили плоский живот, после чего комната наполнилась новыми громкими рыданиями.
– Ей уже нельзя помочь, – вступила снова вторая женщина.
– Как вас зовут? – Майкл появился из-за спины, напугав всех.
– Оливия, а она, – девушка указала на умирающую подругу, – Мэделин.
– Почему ты думаешь, что ей уже нельзя помочь? – Майкл оттолкнул нас и зашел в комнату, несмотря на наши протесты. – Позволь, чтобы я тебя осмотрел. Я, конечно, не врач, но хоть что-то сделать смогу точно.
– Не сможешь…, – Оливия даже не смотрела в сторону мужчины. – У нее внутреннее кровотечение, не знаю, каким чудом она вообще смогла сюда добраться. Фрэнсин была уверена, что Мэделин погибла от ее рук.
– Ее отвлекли вы, – угасающие глаза посмотрели в мою сторону. – Она увидела по камерам, как вы идете по коридору. Фрэнсин это не понравилось от слова совсем.
– Господи, – Майкл положил умирающую к себе на ноги, поглаживая ее и успокаивая, поняв, что сделать тот действительно ничего не сможет.
– Оливия, отдай им, – слабым голосом Мэделин обратилась к подруге с просьбой, которая привлекла внимание абсолютно всех.
– Нет… Они такие же, как и Фрэнсин…
– Нет…, – Мэделин говорила с каждой секундой все слабее и слабее, жизнь в прямом смысле вытекала с каждой каплей крови, которая пропитывала ее одежду.
– Но… Они убили всех наших, – Оливия заплакала, хотя пыталась сохранить свое лицо беспристрастным и спокойным.
– Мы защищались, – удивительно мягко и спокойно возразил Серж, который вообще не отличался такими качествами. – Выбора просто не было. На войне всегда есть ситуации, когда приходится делать выбор – ты или другой, пусть и даже хороший человек.
Оливия подняла взгляд на Сержа, после чего перевела его на Мэделин, которая жила свои последние минуты. Майкл начал читать молитву, отпуская все грехи девушки, отпуская ее на другую сторону, где той должно быть спокойно и не больно.
Мэделин улыбнулась Оливии слабой улыбкой и кивнула головой, чтобы та сдалась и отдала нечто нам… В руках женщины мелькнул ключ, которым теперь можно было открыть командный пункт.
Дорога назад стала одной из самых сложных за всю мою военную карьеру. Эти пару дней настолько вымотали, настолько выжгли душу, что в ней зияла необъятная дыра. Майкл так и не смог уговорить Оливию уехать с нами. Прождав его несколько часов, Сержу пришлось его волочить практически силой, так как мы просто боялись, что инженер решит остаться в павшем убежище.
– Все скачал? – Герд оторвался от своих мыслей, пока вел еле едущий автомобиль.