– Отпустите! – муть в глазах оседала, и сквозь снежную пелену стала проявляться какая-то нелепая, скособоченная громада.
Вцепившаяся в воротник бушлата рука все же разжалась. Без поддержки колени господина крюс кафера подогнулись, но он удержался на ногах.
– Кехертфлакш! Умгекехертфлакш!!
Цитадель-21, как и следовало из ее номера, относилась к полностью автоматизированным укреплениям Дансельреха. Здесь никогда не размещался гарнизон, лишь изредка наведывались техники для проверки и отладки бесконечного конвейера смерти. Строго говоря, никакой гарнизон здесь и не выжил бы, в такой близости от кальдеры, в зоне безумных погодных флуктуаций.
Башня с широким основанием, которое плавно истончалось в шпиль невообразимой высоты, выламывалась из окружающих ее колоссальных каменных блоков и ледяных гор, слепленных из серого снега.
Отсюда, от самого подножия цитадели, казалось, что ее вершина не просто теряется в ураганном хаосе Стромданга, а пронизывает его насквозь, чтобы вбуравиться в окружающую мир твердь. Идеально гладкая поверхность башни сверкала от окутывающих ее вершину молний, которые многочисленными огненными реками стекали по пологому склону к самому ее основанию.
Нагромождения огромных каменных блоков складывались в запутанный лабиринт узких и широких проходов, еле заметных тропинок и выложенных бетонными плитами дорог, полузанесенных песком и снегом.
Отсюда, с берега, щетинистого от заброшенных пирсов и волноломов, с проржавевшими разгрузочными кранами и доками, разглядеть, что творилось у основания цитадели, оказалось невозможно. Но там определенно шла своя, автоматическая жизнь – ветер доносил оттуда обрывки, спрессованные из лязга и грохота гигантских механизмов.
Взвалив амуницию, отряд под командованием господина крюс кафера Ферца миновал портовую зону и вошел в проход, помеченный на карте как ведущий прямиком к цитадели.
Блоки, высеченные из черного камня и отшлифованные до зеркального блеска, отражали исследовательскую команду. Поначалу это даже беспокоило, казалось параллельно им движется еще отряд, то ли сопровождая, то ли конвоируя их к цитадели, но затем глаза привыкли к мельтешению черных фигур по антрацитовой поверхности.
– Кто же это строил? – спросил Шенкел, на что Беггатунг тут же ответил:
– Мы!
– Ну да, – засомневался Шенкел.
– Не веришь в несокрушимую мощь Дансельреха? – грозно поинтересовался Халссщилд. – Квалифицированные кадры, вооруженные передовой техникой, могут и не такое наворотить.
На что Краленгилд пробурчал:
– Кадры воспитуемых, вооруженные ломом и лопатой, могут наворотить еще больше.
– Было такое, – согласился Беггатунг. – Помнится, всплываем, а на траверзе – остров. Ну, остров как остров, ничего, вроде бы, необычного. Вот только из землю какие-то головы со шляпами торчат…
– Выродки, что ли? – подозрительно спросил Флюгел.
– Нет, не выродки, – Краленгилд подышал на пальцы, отогревая от пронизывающего ветра, что нескончаемой рекой мчался в теснине прохода. – Мы тоже было подумали – выродки, мол, кто-то развлечься решил – завез на необитаемый остров сотню выродков, да прикопал по шею, чтобы подольше мучились. Но головы из камня оказались, а размером – что наш шлюп. Торчат такие морды из песка, глазищами на Стромданг пялятся, кехертфлакш.
– Унтерменши то были, – мрачно сказал Беггатунг. – Унтерменши.
– Сам ты выродок, – обиделся Краленгилд. – Мы что же, по-твоему, каменной башки от мертвой отличить не можем? Каменные они, каменные! – постучал он себя по каске. – Понял?
– Унтерменшу что каменная, что мертвая, что живая – он во что хочешь обернуться может.
– Тьфу, кехертфлакш! – сплюнул Краленгилд.
– Так что дальше было? – спросил Шенкел.
– А то и было, – пообижался Краленгилд, но все же продолжил: – Высадились осмотреть их, бошки хоть и каменные, а может знак какой означают для материковых выродков, ну и нашли их всех там…
Краленгилд выдержал паузу, надеясь, что остальные тут же начнут выспрашивать – что же именно они там нашли, но все почему-то молчали.
– Колония там оказалась. Для особо выродокских выродков. Несколько сотен выродков и гарнизон. А для выродка главное что? Для выродка главное тяжелая работа, и ничего лучше для него нет, потому как без работы у него в мозгах все наизнанку выворачивается. А какая на острове может быть работа? Просто камни таскать – не очень интересно, опять же выродок выворачиваться начнет, спрашивать себя: “Зачем таскаем? Куда таскаем?” Вот начальник колонии и придумал для воспитуемых развлечение – из камней морды каменные вытесывать, да на берегу устанавливать. Каково?!
– В топку! – мрачно приговорил Флюгел, но Беггатунг покачал головой:
– Не скажи! Для выродка лучшей доли нет, чем умереть. Поэтому главное – заставить его подольше…
Разговор принял специфический оборот. Все стали с жаром обсуждать рецепты “Как продлить муки выродка и что делать, если он подыхает слишком быстро”. Когда команда основательно вошла в раж, Ферц поднял руку, и все заткнулись.
