– Так вот, Безносый, дьявол обычно снабжает каждого колдуна или ведьму черной кошкой, или псом, или даже жабой, чтоб те повсюду его сопровождали, охраняли и мстили за обиды. Эти твари и называются покровителями – эдакие прилипалы, посланные боссом присматривать за подчиненными, чтоб тебе было понятней. Колдуны обычно общаются с ними на языке, который никто другой не понимает. А теперь что я имел в виду. Времена меняются, мода тоже меняется – а с ней и мода на покровителей. Пистолет ведь черный, верно? И Инки разговаривал с ним на языке, который мы не понимали, точно? Так что…
– Ты спятил, – сказал я, вовсе не желая, чтоб меня разыгрывали.
– Да ну, Безносый? – отозвался он. – Ты мне сам только что твердил, что считаешь, будто пистолет живет собственной жизнью, будто он способен сам взводиться и стрелять без помощи человека. Разве нет?
– Ты спятил, – повторил я, чувствуя себя полным идиотом и уже жалея, что разбудил Глассиса. – Смотри, пистолет там, где я его вчера оставил, а патроны по-прежнему у меня в кармане.
– К счастью! – произнес он театральным голосом, которому постарался придать интонации гробовщика. – Ну что ж, раз уж ты поднял меня в такую рань, пойду прогуляюсь и позаимствую у соседей газетку. Можешь пока идти в ванную.
Я немного выждал, пока не убедился, что он действительно ушел, поскольку не хотел, чтоб он опять выставил меня за дурачка. Потом бросился к столу и схватил пистолет. Первым делом я попытался найти фабричное клеймо или название изготовителя. Я нашел спиленное напильником место, где они могли быть когда-то, и больше ничего. До этого я готов был поклясться, что могу назвать марку, но теперь уже не был так уверен. Он и в целом не походил на обыкновенный пистолет: кое-какие детали – рукоять, скоба спускового крючка, рычажок предохранителя – были совершенно незнакомой формы. Я решил, что он какой-то заграничной марки и что похожих мне видеть пока не доводилось.
Повертев его в руках минуты две, я начал подмечать что-то странное в том, каков металл на ощупь. Насколько я мог судить, это была самая обыкновенная вороненая сталь, но какая-то уж больно гладкая и лоснящаяся, из-за чего жутко тянуло пощелкать затвором. Лучшего объяснения мне не выдумать; металл просто казался каким-то не таким. В конце концов я пришел к выводу, что пистолет просто действует мне на нервы, отчего я выдумываю бог знает что; так что я положил его на каминную полку.
Когда Глассис вернулся, солнце уже встало, а он больше не улыбался. Он пихнул газету мне на колени и ткнул пальцем. Она была открыта на пятой странице. Я прочитал:
Полиция считает, что экс-бутлегер застрелен подельником
Я поднял взгляд и увидел Ларсена, стоящего в дверях спальни. Он был в пижамных штанах и выглядел каким-то желтым и больным, веки у него набрякли, а свиные глазки выжидающе уставились на нас.
– Доброе утречко, босс, – медленно проговорил Глассис. – Мы тут только что прочли в газете, что с вами пытаются проделать довольно грязную штучку. Они уверяют, будто это вы, а не Дюган, убили Инки.
Ларсен хмыкнул, подошел ближе, взял газету, быстро ее просмотрел, хмыкнул опять и направился к умывальнику, чтобы поплескать на физиономию холодной водой.
– Итак, – объявил он, поворачиваясь к нам, – только к лучшему, что мы тут залегли.
Тот день был самым длинным и нервозным, какой я только помню. Создавалось впечатление, будто Ларсен так окончательно и не проснулся. Не будь мы с ним давно знакомы, я бы заподозрил, что он под наркотой. Он так и не вылез из пижамных штанов, так что и к полудню выглядел так, будто сию минуту скатился с кровати. Хуже всего, что он ничего не говорил и не рассказывал нам о своих планах. Конечно, он и раньше не отличался разговорчивостью, но теперь был совсем другой случай. Его поблескивающие свиные глазки начали вгонять меня в депрессию; как бы спокойно он ни сидел, они безостановочно двигались – будто у парня в белой горячке, который вот-вот кинется ловить чертиков.
В конце концов это стало и Глассису действовать на нервы, что меня удивило, поскольку обычно Глассис умеет держать себя в руках. Он начал робко высказывать всякие предложения – что нужно раздобыть следующий выпуск газеты, что нужно позвонить определенному адвокату в Нью-Йорке, что нужно послать моего кузена Джейка пошататься возле полицейского участка в Бейпорте и поразнюхать, что там творится, и так далее. Каждый раз Ларсен по-быстрому его затыкал.
