— Я была в Италии, — произнесла Жюстина. — Поэтому мы так давно не виделись.
— Там сейчас война, — ответила Северен. Когда отец бывал дома, он читал ей газеты, сидя на диване рядом с ней.
— Бои на некоторое время прекратились. Все ждут переговоров. — Жюстина обняла сестру за плечи. Девочки наблюдали за ласточками, летающими над спускающейся к ручью лужайкой. — Здесь красиво. Мне приятно думать, что ты живешь именно в этом доме.
— А я буду думать о том, как ты там, в Париже. Если, конечно, ты действительно будешь там.
— Может быть. — По голосу Жюстины было понятно, что она отправится не в Париж, а в какое-то гораздо более опасное место.
Северен почувствовала, что Жюстина собирается уходить.
— Подожди еще одну минутку! — поспешно попросила девочка. — Ты получала мои письма? Все? Я посылала тебе свои рисунки.
— Все до единого. Они ждали меня в посольстве в Риме.
— Я тоже получила от тебя три письма. В одном была нарисована канарейка, во втором — черно-белая кошка, а в третьем — миска с бульоном.
— Ты получишь еще шесть, если они дойдут. Хотя вряд ли. — Жюстина очень по-французски всплеснула руками. Все-таки она была настоящей француженкой. Совсем как maman. — Я должна идти, детка.
Северен крепко обняла сестру, любя се всем сердцем и. как всегда, боясь за нее.
— Будь осторожна.
— Не волнуйся. В последние несколько месяцев моя жизнь невероятно скучна. Я только и делаю, что пью кофе в кафе, составляю отчеты и гуляю за городом. Моя жизнь вполне спокойна и безопасна, уверяю тебя. — Как и всегда напоследок, Жюстина поцеловала сестру в макушку. — Расскажи Маргарите, что я приходила.
— Вечером. — Все как всегда. Жюстина не позволила бы Северен что-то скрывать от maman.
Когда Жюстина ушла, девочка отправилась на поиски Фрике. Та была вовсе не против, чтобы ее поймали. Ведь она знала, что скоро окажется в конюшне, где все примутся хлопотать вокруг нее и угощать отрубями и морковкой. Фрике была по колено в грязи от гулянья по ручью.
Северен шагала по лугу, веля под уздцы своего пони, сосала леденец и вновь вспоминала эту недолгую встречу с сестрой.
Она расскажет maman о визите Жюстины после ужина. Тогда ее уже никто не сможет догнать.
Жюстина не стала задерживаться возле дома Уильяма Дойла. Он знал, что она приезжает сюда время от времени чтобы повидаться с сестрой. Но пока он не пытался положить этому конец. Да и Жюстина прекрасно понимала, что видится с сестрой с молчаливого согласия ее названого отца.
В последнее время Жюстина не питала любви к жителям туманного Альбиона. В Италии случилось одно происшествие, и девушка искренне считала, что англичане не должны принимать участие в войне, развязанной на территории Италии. Обратный путь пришлось проделывать по вязкой грязи. Жюстина шла вдоль ручья под прикрытием кустов. За те полтора дня, что она поджидала случая увидеться с Северен, Жюстина заметила нескольких человек, патрулирующих местность. Вот и сейчас один находился в саду, а второй на холме. Оба делали вид, будто работают. Жюстина развела руками высокую серебристо-зеленую траву. Так и есть. Угрюмый молодой грум, повсюду сопровождавший Северен, стоял у стены конюшни и чистил удила. Все его внимание было сосредоточено на зарослях кустов, в которых он оставил свою подопечную.
Да, о ее сестре здесь хорошо заботились. На территории поместья она находилась словно в плотном тщательно оберегаемом коконе. Ей купили красивую амазонку и спокойного, послушного пони. Наняли гувернера — французского ученого, лишившегося работы и крова во время революции. И ему дала приют обладающая огромным добрым сердцем Маргарита. Бдительные ветераны войны, потерявшие в боях глаз или руку, охраняли территорию поместья. После захода солнца по парку рыскали три огромные собаки. Уильям Дойл приложил все силы, чтобы в доме, где живут его жена и дети, царили мир и спокойствие.
Жюстина вышла на небольшую зеленую полянку в том месте, где ручей начинал расширяться. Северен скоро вернется в дом, и тогда патрульные уйдут из этой части леса.
С неба сыпал мелкий дождь, шелест которого сливался с плеском воды в ручье. Невозможно было понять, где закапчивается серое небо и начинается пелена дождя. После многих месяцев, проведенных в Италии, Англия казалась слишком сырой.
Жюстина стояла, прижавшись спиной к стволу дерева, позволив чувствам захлестнуть ее с головой. Такие шпионы, как она, по сути своей очень одиноки. И все же Жюстина наиболее тяжело переживала свое одиночество после таких вот коротких встреч с сестрой и вынужденных расставаний с ней.
Она считала проявлением слабости свои настойчивые попытки повидать Северен. Разумнее было бы порвать отношения с ней сейчас, пока она все еще любит се. Прежде чем поймет, что собой представляет ее старшая сестра. Прежде чем начнет задавать вопросы, и Маргарита вынуждена будет рассказать о борделе в Париже.
Дождь усилился. От земли начал подниматься туман, пряча все вокруг. Еще пара минут и можно будет…
