Нацизм Свена Борга был еще неистовее, чем общий тон его газеты. Борг вел себя так, словно являлся шведским Йозефом Геббельсом. На лацкане его пиджака красовалась золотая свастика, а в разговоре Борг без конца с восхищением отзывался о Гитлере. Он был настоящим ходячим учебником по третьему рейху, к тому же неплохо разбирался в военных вопросах.
– Здравствуйте, Свен, – приветливо поздоровался Конуэй.
Швед слегка кивнул ему. Борг знал, что прочие представители прессы обращаются к нему лишь тогда, когда нужно получить какую-то справку. Вроде бы это и входило в его обязанности, но Борг не любил, когда его эксплуатировали.
– Не знаю, сможете ли вы мне помочь, – начал Конуэй, – но мне тут попалось имя одного немецкого военного...
Борг улыбнулся:
– В Германии миллионы солдат.
– Я знаю. Но это не совсем обычный солдат. Его зовут Раш.
– Раш, – задумчиво повторил Борг. – Раш... Так-так...
Конуэй не сводил с него глаз.
– Франц Раш, – добавил он.
Во взгляде Борга мелькнуло что-то неуловимое, но с ответом он не торопился. Очевидно, думал, не выдаст ли ирландцу секретную информацию.
– Франц Раш, вы говорите? – в конце концов решился он. – Вспомнил. Это действительно человек необычный. Раш был вместе с Отто Скорцени в Гран-Сассо, когда доблестные десантники похитили Муссолини прямо из-под носа у союзников.
– Не может быть! – с фальшивым восхищением воскликнул Конуэй.
– Очень храбрый солдат, – просиял Борг. – Если я не ошибаюсь, он награжден Рыцарским крестом с дубовыми листьями.
– А нет ли у вас каких-нибудь заметок или статей про него?
– Может быть, и есть. – Борг подозрительно сощурился. – А зачем вам это?
– Я пишу серию статей о героях войны.
– Для кого?
Борг ни за что не мог позволить, чтобы иностранная пресса глумилась над германскими героями.
– Для Южной Америки. Одно пресс-агентство в Буэнос-Айресе заказало мне серию репортажей. Я слышал о Раше и подумал, что хватит писать о таких известных персонажах, как Галланд, Ханна Райтш или Скорцени. Надо найти кого-нибудь новенького.
– Вам нужно заглянуть в «Сигнал», – сказал Борг. – По-моему, там была статья.
«Сигнал», немецкий военный журнал, хранился в библиотеке пресс-зала. Борг подошел к полке и стал листать номера.
– Дайте сообразить. Это было в сорок третьем году, так? В сентябре. Надо посмотреть в октябрьском номере... Вот оно!
Конуэй посмотрел на фотографию. Бенито Муссолини, свергнутый итальянский диктатор, в черном пальто и черной шляпе, стоял, окруженный немецкими десантниками. Они высадились с самолета на парашютах на вершину горы, спустились и освободили арестованного правителя. На снимке Муссолини выглядел весьма довольным. Выпятив вперед челюсть, он пожимал Скорцени руку. Эсэсовец весь сиял от гордости. Слева от него, тоже улыбаясь, стоял Франц Раш – Конуэй сразу его узнал.
– По-моему, Раш участвовал и в будапештском рейде. Я имею в виду нападение на дворец адмирала Хорти, – добавил Борг.
Конуэй улыбнулся:
– Спасибо, Свен. Вы мне очень помогли. Должно быть, Раш очень смелый человек.
– О да! – с энтузиазмом подтвердил Борг. – И он не один такой.
– Я знаю.
– Если вам понадобится информация...
– Я сразу обращусь к вам.
Конуэй склонился над статьей. Разговор с Боргом был полезен и еще в одном смысле. Оказывается, нацист ничего не знал о несостоявшемся аресте Раша и о том, что Раш находится в Швеции. И это при том, что у гестапо от Борга секретов не было. Статья тоже оказалась интересной. Дочитав ее до конца, Конуэй откинулся на спинку кресла и стал думать о Франце Раше. Главный вопрос был такой: не слишком ли опасно будет вернуться в номер.
В конце концов Конуэй решил не рисковать. Спустился в холл, показал ключ от номера телефонистке и спросил, были ли какие-нибудь звонки из его комнаты.
Телефонистка смотрела на него с удивлением и не отвечала.
– Да бросьте вы, ничего особенного. – Конуэй как бы случайно положил на стойку монету. – У меня там наверху друг. Если он куда-то звонил, то платить будет сам. Вот почему я спрашиваю.
– Понятно. – Девушка посмотрела на список. – Из вашего номера звонили в Берлин. Один раз.
– Это я знаю. А еще?
– Был еще один звонок. Мужчина просил связать его с шведским Красным Крестом.
Конуэй улыбнулся и поблагодарил. Потом вернулся в комнату для прессы, сел к пишущей машинке и, секунду поразмыслив, забарабанил по клавишам. Напечатав небольшой текст, спрятал листок в конверт и заклеил его. В регистратуре дежурила та же девушка, которая сдала ему номер.
– Удобно устроились? – спросила она.
– О да. Чувствую себя настоящим богачом. Послушайте, можете оказать мне услугу?
– Попробую, – насторожилась девушка. В Стокгольме было множество холостых журналистов, и многие из них подкатывались к ней с нескромными предложениями.
Конуэй передал ей конверт.
– Как видите, письмо адресовано мне самому. Если во вторник я его у вас не заберу, передайте конверт, пожалуйста, Реджиналду Эрчу из газеты «Таймс». Хорошо?
– Ах, как загадочно, мистер Конуэй! – просияла девушка. Она обожала всяческие тайны.
