О да, он хотел. Однако виду не подал. Сердце у него билось так, что, казалось, выпрыгнет из груди.
- Как вы меня нашли? С какой целью? - спросил он и тут же подумал, почему она не спрашивает его, зачем он следил за ней. Наверное, уже и так все знает. Вулф внутренне содрогнулся от осознания того, что страшится ее. А может быть, и не ее самой, а того, насколько властно она его влечет к себе.
- Я хочу, чтобы вы узнали обо мне правду. Между нами гораздо больше общего, чем вы думаете, - донесся до Вулфа ее голос.
В ушах у него звенело. Он почувствовал, как струйка пота медленно поползла у него по спине.
- Вы не объяснили, как нашли меня.
- Этого не расскажешь одной фразой, - ответила она. - Может быть, вы позволите мне объяснить? Или вы уже заочно осудили и приговорили меня?
- Входите, - сказал он.
Она вошла в дом Стиви. Вулф следовал за ней и не мог оторвать взгляд от ее ягодиц. Она уселась на край обшитой цветастым ситцем софы. Вулф занял стул напротив. Он смотрел на нее, не мог не смотреть, и чувствовал себя все более беспомощным, очарованным, загипнотизированным. Во рту у него пересохло, а на виске напряженно билась жилка.
- Как насчет чашки чая для меня? - спросила она. - От центра города, да еще с пробками на дороге, ехать пришлось довольно долго.
Они прошли на кухню. Вулф поставил чайник на огонь и стал рыться в шкафчике.
- "Эл Грей" подойдет? - спросил он.
- В самый раз.
Потом он стоял и смотрел, как она пьет чай, темный и крепкий, как жидкая бронза. Она, казалось, была поглощена этим ритуалом.
- Расскажите мне о Суме! - потребовал он.
- О ком, о ком?
- Вы его знаете. Водяной Паук.
- Сума из "Тошин Куро Косай", общество Черного клинка. Я не думала, что вам известно...
- Моравиа и общество Черного клинка, - перебил он ее. - А вы связующее звено между ними.
Она посмотрела на него. Он определенно заинтересовал ее.
- А почему вы так считаете?
- Потому, - произнес он, - наклоняясь и кладя руки на спинку стула, - что я видел фото, на котором вы и Сума болтаете между собой, переходя улицу в Токио.
- Я не виделась с Сумой семь месяцев.
- Неправда. Фото сделали прошлой осенью, не больше пяти месяцев назад.
Она повернулась к нему спиной и уставилась в окно, за которым во тьме шумели деревья.
- Значит, у меня тут все пошло не так, как надо, - проговорила она.
- Пока что я не услышал ничего, чему мог бы верить.
- Да, вы не можете. Я вижу, - сказала она, глядя на него в упор. - Вы чересчур агрессивно настроены по отношению ко мне.
Они стояли друг против друга, разделенные самым обыкновенным столом.
- Мне трудно не считаться с имеющимися у меня уликами уже только потому, что вы говорите мне неправду, - сказал он. - Думаете, я шучу? То, что мне известно, говорит о том, что вы убили нескольких человек. Я, например, знаю, что Моравиа использовали для проникновения в ваше общество Черного клинка.
- Оно не мое, - поправила она.
- Я также знаю, что Сума - один из лучших профессиональных убийц этого общества, и его заприметили здесь. Еще я видел, как вы и Сума болтали между собой, как...
- Фото. Вы видели фото, снятое скрытой камерой. Вы не...
- ...как двое убийц, вспоминающих прошедшие деньки. Я обнаружил кусок ткани от ваших конструкций в сожженной машине. Этот "Файерберд-87?" заметили во время операции по поимке убийцы-рецидивиста, и как раз тогда один из моих людей был убит, а у преследуемого мной преступника все лицо превратилось в кровавую кашу. Вот какая информация связана у меня с вами.
- И это все? - переспросила Чика не моргнув глазом. - Ну нет, есть еще кое-что. Почему вы не все говорите? Разве вы не хотите рассказать, как лазили в окно моей студии?
У Вулфа внутри не то что захолодало - там забушевала ледяная буря.
- Вы знали, что я там?
- Да, - ответила она, засовывая руку себе между ног.
- Тогда, ради бога, ответьте, зачем вы устроили мне это представление?
Чика обогнула стол, встав к Вулфу так близко, что он почувствовал ее запах, запомнившийся ему при обследовании потайной комнаты Моравиа и ее собственной квартиры.
- Я сделала это, - произнесла она, делая упор на каждом слове, - потому что тебе хотелось именно этого.
- Я оказался там, чтобы раскрыть вашу связь с Сумой.
- А не ради этого? - спросила она, прижимая его руку к своему лобку.
- Нет!
Он отдернул руку, словно боясь, что японка нашлет на него пламя, и он обгорит до неузнаваемости, точь-в-точь как Аркуилло.
- Да, кто-то сейчас лжет, - заметила Чика.
На вид ей было не больше двадцати, но поведение и уверенность в себе скорее соответствовали женщине лет на десять старше.
Вулф обошел вокруг и остановился.
- Пора бы вам объясниться, - потребовал он.
- Если вы готовы выслушать, - откликнулась она и, поскольку он промолчал, продолжала: - Во-первых, меня очень ловко подставили. Кто угодно мог отодрать кусок ткани от моей конструкции. Даже если бы я убила вашего сотрудника или вела ту самую машину, то неужели вы считаете, что я настолько глупа, чтобы оставлять такую улику?
- Ошибки совершают все, - подчеркнул Вулф. - Думаю, что даже вы не исключение.
На ее лице промелькнула тень улыбки.
