Черный консул полностью

Семнадцатого жерминаля 11 года комендант Амио рапортует морскому министру:

Остров Гаити, «Черная Франция». Дессалин пошел по пути преследования «Белой Франции». Но привычка преследовать научает следовать. Дессалин с ненавистью относился к Бонапарту и с трепетным волнением вслушивался в голос молвы.

Он читал французские газеты, он подражал Наполеону — императору французов. И всё более и более забывая республиканскую доблесть своих старых негритянских генералов, он вводил титулы и перенимал утонченные и элегантные забавы маркизов Людовика XVI. Одновременно он воздвигал гигантские стены крепостей, нагромождая огромные камни фортов, строя приморские башни, широкие и огромные, сквозь амбразуры и бойницы которых виднелись оба берега океана. Исполинские краны, кабестаны и лебедки десятком тысяч черных рук поднимали каменные глыбы на неизмеримые высоты. И когда их достраивали, Дессалин горделивым взглядом озирал территорию нового города, выделяясь черным силуэтом на ярко-синем небе в амбразуре своего семнадцатого этажа.

Так возник город «Черной Франции», названный Дессалинвилем. У входа в старинное «Ущелье хаоса» на равнинах Артибонита был основан этот таинственный и через полстолетия исчезнувший город. Он был окружен шестью фантастическими фортами с причудливыми и таинственными именами, которые были понятны только орденским братьям из ложи аббата Рейналя. Их мог бы понять Туссен Лувертюр, их понимал Кристоф, указывавший на старинный символ — змею, кусающую себя за хвост. Но их не поняла Франция эпохи великих материалистов, их также не могли расшифровать последующие европейские историки Гаити.

Первый форт назывался «Источником синего света», второй носил имя «Рухнувший», третий — «Решимость», четвертый — «Невинный», пятый носил название «Раздавленный», и, наконец, шестой, самый сильный форт носил зловещее имя: «Конец света».

Гаити — Страна гор и Матерь земель — в устах французов на десятки лет стала символом всего ужасного: «Река резни», «Кровавый поток», «Холм семнадцати виселиц», «Гнилой колодец», «Колодец трупов», «Костяное поле» и тысячи других названий повторяются в разных видах, на тысячи ладов на тогдашних картах Антилии. Гаити стал называться «Страною страшных имен». Семь лет ни один французский корабль не смел приблизиться к острову, а потом остров ушел из рук французов вовсе. Новая Франция научилась торговать не только черными, но и белыми рабами.

Прошло восемнадцать лет. На маленьком острове Великого океана бесславно умер тот, кого Туссен в письме называл Первым консулом белых людей.