Когда я начал отступление, дядя Олег находился чуть ли не в конце туннеля и кричал мне на бегу что-то ободряющее. В общей сложности мне предстояло преодолеть тридцать пять – сорок метров, включая лестницу. Понятное дело, я наслышан об олимпийских рекордах на эту тему, но не в моем возрасте и не с моим здоровьем те рекорды повторять. Даже если сравнивать мой бег и бег дяди Олега, то на каждые его «раз-два» мне приходится делать «раз-два-три-четыре», а кое-где и «пять-шесть»! Так что получение мной приза в данном соревновании больше зависело не от меня, а от Дракона.
Еще меня беспокоил тот фактор, что в Хранилище проемы меж опорами балкона, напротив туннелей, были гораздо шире, нежели остальные, и вполне позволяли Дракону без всякого мыла просунуть в них не только свою дурную голову.
Но Дракон не подкачал и на этот раз! Обнаружив, что его провели как последнего лоха, он, вместо того чтобы продуть коридор огнем, принялся орать и материться на иностранных языках, что позволило мне осилить и последние метры коридора, и эту чертову лестницу. Дядя Олег помог мне не скатиться вниз, вытащил из дверного проема, заботливо усадил на лейку, используя ее в качестве табурета, и дал очень дельный совет:
– Все уже!.. Дыши спокойно и глубоко! Все уже кончилось…
Но, как оказалось, кончилось еще далеко не все!
Со стороны двери послышались шум, ругательства, скрежет, и в проем с трудом протиснулась передняя треть драконьей морды. Дракон втянул ноздрями воздух и, почуяв нас, попытался плюнуть огнем. Но что-то не заладилось, и получилась только тонкая струйка невероятно вонючего дыма.
– Ах ты тварь неугомонная! Керогаз твой здесь не работает?! Ну так я тебя щас починю! Щас я тебе форсунку продую!..
Дядя Олег схватил обрезок трубы и принялся наотмашь охаживать доступную часть драконьей морды со всех сторон. Дракон шипел и силился то ли протиснуться дальше в дверь, то ли вывернуться из дверного капкана и удрать. Дверная коробка, магически обработанная Переводчиком, под натиском Дракона слегка поскрипывала, но держалась не хуже стальных ворот.
Я еще не совсем отдышался от бега, а тут еще эта драконья вонь… Пришлось вставать и перебираться на наветренную сторону. Плюс ко всему, для меня вдруг стало предельно ясно, что или мы загоним этого урода обратно в Хранилище, или он нас всех здесь сожрет.
– По сусалам его! По сусалам! – заорал я, и дядя Олег начал по моей наводке колотить Дракона трубой по ощеренным зубам.
Один из зубов с хрустом сломался, и Дракон взвыл от боли. Но и железная труба не выдержала нагрузок – согнулась. Дядя Олег, отбросив останки трубы в сторону, принялся метаться по прилегающей территории в поисках замены оружию, а значит, пришла моя очередь показать силу молодецкую и вступить в битву с нахальным супостатом. Ждать, что в обедненную кислородом голову придет мудрая мысль, довольно наивно. Вот и я не придумал ничего лучшего, кроме как схватить лейку, свернуть разбрызгиватель и лить воду из дудочки непосредственно в драконью ноздрю.
Вода в лейке закончилась, и одновременно Дракон перестал подавать признаки жизни. Я уж было с радостью решил, что утопил животюгу, но ошибся. Из драконьих ноздрей с оглушительным свистом, как из пароходного свистка, в две струи вырвался пар.
– Отойди, зашибу! – перекрыл криком свист дядя Олег, и мы с лейкой отскочили, от греха подальше.
Оказалось, дядя Олег обнаружил в куче металлолома кованую тележную ось и рвался испытать ее в деле. По-молодецки размахнувшись, он хрястнул ею прямо меж ноздрей драконьей морды. Эффект был потрясающий! По крайней мере, стало сразу ясно, что ось от простой российской телеги – это вам не какая-то там вшивая труба и даже не шестопер! Осколки зубов брызнули в разные стороны, и Дракон, не прекращая свистеть, провалился вниз. Свист затих где-то в глубине и сменился яростным воем.
– Ты как? – спросил дядя Олег.
– Живой, кажись… – отдуваясь, ответил я и махнул в сторону двери. – Закрой!
– Ага! Минутку…
Дядя Олег прислушался к тому, что творится в глубине за дверью, и подмигнул мне:
– Судя по всему, лом крепко застрял и до сих пор дверь держит. Я ж говорил – незаменимый инструмент в хозяйстве!
– Ну так сбегай вытащи, – предложил я. – Дверь и закроется.
– Да ну… – начал дядя Олег, но понял по моей ухмылке, что я так шучу. – Да хрен с ним, с ломом! – и склонился над дверью: – Эй ты, хамелеон бесхвостый! Приходи еще! Всю оставшуюся жизнь манную кашу жрать будешь!
– Прештупники! – шепелявил Дракон где-то внизу. – Идите ш-шю-уюда! Я иш-шпепелю ваш-ш! Ш-шъем!!!
– Щаз! Бегу! Хотя… – Дядя Олег подумал и прокричал Дракону: – Слышь, щербатый! Ежели я где-нибудь «Стрелу‑2М» урву по случаю, то забегу к тебе в гости! Вот тогда ты у меня мозгами-то и пораскинешь!
– Ф-фы ш-шами придете ко мне! – раздалось злобное шипение из-под земли. – Ш-шадность пригонит ваш-ш!.. А я буду ш-шдесь караулить и думать о меш-шти… Даш-ше пылинка не проникнет в Хранилищ-ще! Ш-шлофо Синего Дракона! Все сош-шгу!!!
