Вот, значит, что ощущал Келли во время заморозки. И Иши. Что, если меня тоже вернут к жизни сотни лет спустя и я окажусь в совершенно чужом мире? Хотя бы так… Это все равно лучше, чем застрять здесь навечно. Словно муха в янтаре…
И вдруг мир обрушился на меня. Я судорожно вздохнул, пытаясь сориентироваться в массиве информации, подаваемой органами чувств.
Я по-прежнему в комнате Босса. Слева от меня Оаэа со скипетром в руке. Прямо передо мной на полу сидит Келли, ошарашенно прижимая к себе обрубок правой руки. Отрезанная кисть лежит рядом. А правее валяется диск Антирадиационного щита.
Я осмотрелся. Остальные таэды стояли на своих местах, как и Босс, глядевший на меня широко распахнутыми глазами. Кровь с разбавленным в ней ферусеном опять циркулировала по моим венам, и я ощутил, как эмоции гаснут.
Видимо, я провел в заморозке не больше минуты. А то и несколько секунд. Сразу после атаки Келли Оаэа отрезал ему руку, державшую скипетр, потом взял артефакт и вернул меня.
Нагнувшись, я подобрал с пола Антирадиационный щит. Положил его в карман. Потом взял скипетр у Оаэа. Шагнул к Келли, и он вздрогнул, глядя на меня.
Я присел, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. Затем посмотрел на скипетр в своей руке и ощутил едва заметный укол ностальгии.
– Я рисковал жизнью, чтобы добыть этот артефакт, – сказал я Келли. – Полз голышом посреди поля боя. Так боялся, ты даже не представляешь… Жрал кусты по пути! Но все же дополз. И все это не ради неккарцев. Не ради науки. Ради тебя. Как иронично, что ты атаковал меня именно тем устройством, которым я вернул тебя к жизни… Думаю, ты в чем-то прав, я был плохим другом. Но все же я был другом. В этом мире не так легко найти тех, кому ты будешь дорог. Ты был дорог нам, Келли. Жаль, что все так закончилось.
Он поднял голову и посмотрел мне в глаза. Без вызова и без страха, открытым взглядом.
– Серега, я просто хотел уйти. Ничего не должно было произойти ни с Герби, ни с Лирой. Я бы тихо исчез, а ты продолжил бы свою счастливую жизнь. Я хотел все оставить тебе, кроме этих двух хреновин и части неккарских находок. Меньшей части! Ты, конечно, позлился бы из-за них какое-то время, но ты ведь можешь найти тысячи таких. Так я думал. Но Герби… а потом Лира… Я не оправдываю себя, но я действительно ничего такого не хотел. Это просто несчастный случай…
– Нет, Келли, все произошло не случайно. Думаю, Бог допустил это, чтобы каждый из нас увидел, что он из себя представляет на самом деле.
– И как, ты увидел? Там, на первом этаже?
– Да. А ты?
Он опустил взгляд и ничего не ответил.
– Здесь должен быть холодильник, – сказал я. – Отнеси туда руку, чтобы она сохранилась до прихода врачей. Тогда они смогут ее пришить.
Келли вскинул голову и недоверчиво посмотрел на меня. Кажется, он и впрямь решил, что я его убью.
– Не собираюсь я тебя убивать! – сказал я, поднимаясь. – Просто не хочу больше видеть. Иди давай.
Бывший друг подобрал с пола свою руку, и это выглядело ужасно. Однако во всем его виде сквозило облегчение. Он встал, осторожно прошел между неподвижными таэдами и ускорил шаг, направляясь к выходу. Уже у самого проема Келли остановился и посмотрел на меня.
– Передай Лире, что я очень сожалею, – сказал он.
– Да кому сдались твои сожаления? Попроси прощения, как мужик! Не передо мной, перед Лирой.
Он помолчал, прежде чем выговорить:
– Я прошу прощения. Перед Лирой. И перед Герби. Передай им.
– Герби я не смогу ничего передать. Он не подлежит восстановлению.
– Что? Как это?
– Ты должен был знать, что с ним сделает эта штука, которой ты его вырубил. Она была создана специально под него.
– Нет! Я не знал. – Он выглядел растерянным. – Я получил ее от Чавалы. Он лишь сказал, что это на крайний случай… Нет-нет, конечно, его можно восстановить. Покажи его мастеру!
– Уже показал. Ничего нельзя сделать. Ты не просто вырубил Герби. Ты убил его.
Келли ошарашенно смотрел на меня. Рот его открылся, словно собираясь что-то сказать, но потом он сглотнул, развернулся и исчез в дверном проеме. Несколько секунд я смотрел в ту сторону, вспоминая обо всем, что связывало нас с Келли. А затем подошел к Боссу.
– Сергей, я тоже прошу прощения за все, в чем провинился перед вами! – пылко сказал он.
– Отрадно слышать. Но, к сожалению, вас я отпустить не смогу. Это слишком опасно.
– Совершенно неопасно. Я даю слово, что даже в мыслях не потревожу вас!
– Вы действительно думаете, что я зашел так далеко, чтобы просто уйти, поверив вам на слово?
Босс вздохнул и, задумчиво глядя на меня, сказал:
– А вы сильно изменились со времени нашей последней беседы.
– Во многом благодаря вам. И хочу стать последним человеком, которого вы изменили.
– Очевидно, у вас сложилось невысокое мнение обо мне. Это понятно. Но подумайте вот о чем. Несмотря на свои угрозы, я не стал трогать вашу семью, хотя прекрасно знал, где живут ваши мать и сестра. Потому что у меня есть принципы! Так что да, моему слову можно верить.
