И вот как-то в середине холодной зимы хозяин взял его с собой на водохранилище. Подледная рыбалка в тех краях не так уж часто выпадает. Приехали на большое озеро, где уже было много рыбаков. Старик ушел подальше от людей, на середину водоема. Поставил ящик, расстелил подстилку и снасти разложил. Пробил он пару лунок. И вскоре из них на лед стала вытекать вода. В первые секунды била ручьем, потом поток стал меньше. Вольф испугался и напрягся, однако же старик остался. Прогнулся лед, бывает. Но клёва не было. Рыбак прошел еще чуть дальше и сделал снова лунку. И из нее пошел поток, а лед стал быстро прогибаться. Старик быстро смотал удочку, встал, схватил ящик и… увидел вокруг себя кольцевые линии трещин. Они росли вокруг него как паутина. Опасность! Еще секунда – провалился. Ушел под лед по пояс, успев руками ухватиться за кромку льда, которая мгновенно трескалась. От ледяной воды и без того не легкая одежда быстро намокла и стала якорем тянуть на дно. Вольф тут же подбежал, стал гавкать и скулить. Хозяин с отчаянием и молча боролся за свою жизнь, он понимал, что шансов было мало. Вольф нарез
Больше на рыбалки им вместе выходить не довелось. Тем вечером хозяина куда-то увезли. Люди с носилками в халатах белых. Два дня Вольф одиноко сидел в будке во дворе. Два дня и без еды, и без воды. Он чувствовал беду и выл. Выл горестно, протяжно. И днем, и ночью.
А через пару дней пришла хозяина сестра и поселилась в доме. Одна. И навсегда. И Вольф хозяина больше не видел. Пришла тоска навечно. Первые три дня он отказывался и от еды, и от воды. Но жажда победила, и голод тоже взял свое. Но Вольф ел мало, вяло и худел. Он медленно, но, верно, увядал. Таким худеющим унылым он и встретил того маленького мальчика, который полюбил его. А он взаимностью ответил. И это дало силы дальше жить.
Шло время, маленький мальчик подрастал и как-то раз с гордостью рассказал псу, что перешел из младшей группы в среднюю, из средней в старшую, а теперь вот идет в подготовительную. Еще немного подрастет и в школу, наконец, пойдет. Вольф зажмурился и молча посмотрел ему в глаза вопросом – зачем? Зачем куда-то торопиться?
Но однажды утром мальчик не встретил своего друга. И на второй день Вольф не ждал у дерева. И на третий. И каждый раз, когда мама вела мальчика в детский садик, он замедлял ход возле тех серых ворот покосившегося дома. Тоска охватила мальчика, и он впервые в жизни испытал провал в душе, который именуется печалью.
Так длилось долго. Всю ту слякотную зиму. Пса не было нигде. Его единственного друга не было на месте. Как-то раз мальчик вырвал свою ладошку из маминых рук, подбежал к воротам и стал по ним стучать. Что было сил стучал, чтобы узнать, что с ним, что с молчаливым другом Вольфом? Но нет, не открывал никто. Силенок не хватало в маленьких ладошках, чтобы тот важный стук услышал кто-то в доме. И мама промолчала, ей нечего ответить на этот грустный взгляд-вопрос. Мальчик присел и с дерева веревку снял. Витая желтая веревка ему была важней ремня. Красивого солдатского ремня, что подарил ему отец совсем недавно. Он протянул ее сквозь шорты и завязал ее узлом. Так и пошел он в детсадик, уныло голову понурив.
Пришла весна и солнце вышло. И мальчик с мамой, как всегда, в то утро шел тем переулком. Открытый створ увидел он в воротах.
Пустой периметр чужой калитки перехватил его дыхание. Он подбежал и очень осторожно переступил порог ворот. Вокруг всё тихо, вокруг всё пусто. Грязь во дворе, за сеткой куры, на будке кошка разлеглась. Он сделал шаг вперед в надежде Вольфа увидать. В той старой будке, что в углу стояла. Но, будка та была пуста. Дырявая подстилка, в стенах щели, да запах волка она еще в себе хранила. А друга нет. Его не стало. Его он не нашел.
Присел, ладошками прижал глаза, заплакал очень тихо. Впервые в жизни понял он тогда, что и друзей теряют иногда. Они уходят в никуда. На Радугу красивую, кривую. Седой и мудрый волк иль пес, с зелеными и грустными глазами, к которому он вечерами прибегал, которого и гладил, и ласкал. Который терпеливо слушал и так же молча пацану давал советы. Теперь остался он один. Без друга, без своей собаки. Без Вольфа навсегда. Теперь он больше не хотел другого пса. Он сделал выбор в пользу старика, собаки-волка и седого Вольфа. Верного пса. Первого в жизни друга, который с Радуги теперь ему и Ангел, и Хранитель. И в памяти мальчишки теперь он вечно будет жить.
ГЛАВА 1
ТОТ САМЫЙ ЖУТКИЙ ШВАРЦВАЛЬД
