— Это я уже понял, — его слова я встретил улыбкой и открытым взглядом — всё, как учили в Корпусе посланников. — И кстати: там, в лопухах у вашего забора, валяется пистолет. Будет нехорошо, если на него наткнуться дети.
— И то верно, — мне понравилась его улыбка. Широкая, белозубая — как у человека, которому нечего скрывать. — Подниму-ка я его, от греха подальше.
Фудзи не стал шарить в лопухах. Просто наклонился и взял ствол. Он держал пистолет так, словно привык это делать.
На нём были майка и рабочий комбез, с завязанными на талии рукавами. Вот куда-то в недра комбеза, в один из бесчисленных карманов, он и сунул пистолет.
— Что привело вас в наш район, уважаемый? — он всё ещё улыбался. Глаза искрились весельем, и я подумал, что невольно проникаюсь симпатией к этому парню.
"Любой, к кому он обращается, мгновенно становится его ярым последователем"…
— Мне сказали, что вы — лучший механик спортбайков на острове, — я начал озвучивать заготовленную операторами легенду. — Я здесь новичок. Приехал покататься по местным горам. Слышал, здесь очень красиво. Вот, решил убедиться сам.
— И как? — улыбка, хоть это было невозможно, сделалась ещё шире. На щеках Фудзи заиграли ямочки. — Убедились?
— Не успел. При попытке подняться в горы забуксовало сцепление. Я погуглил и нашел ваше СТО. О вас ходит слава, как о гонщике и отличном механике. Вот я и приехал. Не откажетесь посмотреть?
Пока я говорил, Фудзи, не скрывая интереса, разглядывал мотоцикл. Парню он очень понравился — видно было по глазам.
— Могу сделать это прямо сейчас, — наконец кивнул он, перешел дорогу и навалился на одну из створок ворот. — Заводите машину.
Двор за воротами СТО представлял собой упорядоченную свалку. С одной стороны, вдоль забора, громоздились остовы машин, ржавые, с облетающей чешуйками краской. Высокой горой навалены старые покрышки. Там же стояло несколько мотоциклов — с облезшими сиденьями, лысыми колёсами, без выхлопных труб и топливных баков.
Ещё дальше грудами лежали детали.
С другой стороны громоздилась относительно новая техника. Парочка спортивных авто с поднятыми капотами, выпотрошенные, как рыбы, которых собираются бросить на сковородку. Дальше новенькой кровлей сиял навес, под ним угадывались яма и несколько подсобных тележек.
Дорожка, выложенная желтым песчаником, вела через весь двор к большому эйрстриму, похожему на полированную пулю с полосатым бело-голубым тентом. На лужайке перед автобусом стояло несколько плетёных стульев, столик и холодильник для пива.
В дальнем углу, за остовами машин, притулилась большая будка, рядом дремал на солнце кудлатый, похожий на волкодава с Шукрана, пёс.
— Подождите вот там, в тени, — Фудзи указал на плетёные стулья под тентом. — Я займусь вашим байком, как только принесу инструменты.
Я завёл мотоцикл под навес — пёс внимательно следил за мной из-под густых бровей, но голоса не подавал.
Шагая по дорожке к эйрстриму, я лихорадочно анализировал свои ощущения.
Что не так? Почему я не могу разобраться в этом парне?..
Он вызвал симпатию. Да, такое бывает и с обычными людьми. Он излучал особую энергию — и такое тоже встречается. Политики, некоторые монархи — всем им присуща безоговорочная вера в себя, и умение заразить этой верой других.
Этот парень явно никакой не монарх. И не политик. Живёт в бедном районе, ремонтирует старые тачки… Почему же на моём радаре он светится так, словно у него в груди сияет солнце?
Сев в продавленное кресло, я постарался успокоиться. Куртку из-за жары пришлось снять, "черепаха", похожая на бронежилет, пряталась под майкой. Шлем я положил на траву и принялся наблюдать за Фудзи.
Подключив к моему байку какой-то прибор, парень считывал показания с небольшого экрана, время от времени трогая различные части машины.
Как по мне — он знает, что делает. Вряд ли Шива настолько хорошо разбирается в иномировой технике…
Но бывает так, что перемещенная матрица сознания воспринимает физиологические навыки — как и вышло с моей нынешней оболочкой.
Руки до сих пор зудели от ощущения электрической молнии. Страстно хотелось поэкспериментировать, изучить, на что ещё я способен. Но придётся подождать.
Вот вернусь на базу, и отдам себя в руки операторов. Пусть проведут какие-нибудь тесты, да и вообще расскажут, что такое этот самый Эфир и с чем его едят…
Я поймал себя на мысли, что хочу задержаться в Тикю. Это был чистой воды эгоизм, но мне не хотелось, чтобы Разрушителем оказался Фудзи! Парень мне нравился. Будет жаль, если такой харизматичный человек окажется негодяем.
К тому же, магия. Феникс в лазоревом небе не давал мне покоя с самого детства. Может, Тикю — тот самый мир, где я увижу это зрелище снова?..
Через десять минут Фудзи вышел из-под навеса, вытирая руки вафельным полотенцем. Пёс, увидев хозяина, подбежал ластиться.
— А, Кудзо! — парень почесал его между вислых ушей. — Как дела? Не слишком жарко?..
Может ли собака почуять в теле хозяина чужого? Ведь запах остался тем же, как и голос и феромоны… Может измениться походка, интонация, поведение — хватит ли этого сторожевому псу?
