БАБАХ!
Еще одна попытка…
— Успокойся, Федор, — сказал я здоровяку, уже настроившись на беседу с некромантом. — Ты что, не видишь, что не причиняешь ей никакого вреда?
— Рано или поздно она обязательно взорвется, — не сдавался он. — Я думаю, еще пара-тройка хороших Огненных Шаров, и она разлетится к чертям собачьим.
— Подожди, дайте мне с ней поговорить пару минут, — сказал я им всем сразу.
В голове послышался нестройный рой голосов призраков, которые были немного удивлены тем, что я слышу этого парня. Минуты три спорили так это или нет, пока Ибрагим не велел всем закрыть рты.
— Что ты такое, Максим Темников…? — все время слышал я на фоне голосов призраков и наконец получил возможность дать ответ, когда все остальные замолчали.
— Наверное, ты хочешь спросить не «что», а «кто», правильно? Где тебя воспитывали? — спросил я, рассматривая белую лысую голову, которая напоминала череп, обтянутый гладкой блестящей кожей.
Голова молча смотрела на меня, как будто чего-то ждала.
— Слушай, Дориан, может быть, он хочет рассказать мне как ему удается так быстро плавать без рук и ног? Чего он так странно пялится на меня?
— Ну да, плавает неплохо… — согласился Мор. — Я бы сказал, что у него второй взрослый разряд по гребле ушами.
— У него нет ушей, ты что, не видишь?
— Нет, по-моему, есть… Присмотрись хорошенько…
Дориан еще что-то говорил, но я решил спросить череп о другом:
— Ты, я так понимаю, кто-то из Градовских, верно? Скорее всего, последний из них.
Какое-то время голова молчала, а потом у нее вдруг открылись веки. Вот только глазницы были совершенно пустыми, а вместо глаз — просто черные дыры. Некоторое время ничего не происходило, затем веки закрылись, а голова вспыхнула зеленым пламенем и расхохоталась.
— Что смешного? — спросил я и немного занервничал. Даже если эта лысая белая башка и не Градовский, то особых поводов для веселья я пока не видел.
Вволю нахохотавшись, некромант наконец заткнулся и спросил:
— Зачем ты пришел сюда, Темников?
— Ты последний из рода Градовских? — ответил я вопросом на вопрос, решив для себя выяснить это, прежде чем мы пойдем дальше.
— Вообще-то, последний из рода Градовских лежит вон в той маленькой гробнице, — ответил он. — Я это так… Петр Карлович… Его дед… Я не способен к продолжению рода…
— Ну это неважно. Технически получается, что последний Градовский — это ты, — сказал я. — Значит ты мне и нужен, Градовский. У меня к тебе разговор насчет «Мельницы».
— Насчет «Мельницы»… Вот оно что… Значит тебя сюда послал кто-то из Данко… Будь они прокляты… Ааагггрррххх…
— Точно, — кивнул я. — Херцег.
В этот момент голова стала гореть еще сильнее, а к зеленым всполохам добавились синие.
— Максим Александрович, вы уверены, что я не должен шарахнуть по этой лысой башке Огненным Шаром? — на всякий случай уточнил Громобой, глядя на это.
— Нет, не нужно, — успокоил я его. — У нас нормальный некромантский разговор, все хорошо.
— Значит Данко нашли денег, чтобы нанять приличного паладина и решили, что это им как-то поможет? — тем временем рассуждал Градовский.
— Я не паладин, а чистой воды темный маг, — возмутился я таким наглым сравнением. — Прошу не путать.
— Да? — от удивления голова на несколько секунд даже гореть перестала. — А мне показалось… Впрочем неважно… Все равно ты дурак, Темников. Твой наниматель — тварь. Можешь ему так и передать. Ему не избавиться от проклятия. Да что там… Он бессилен даже против меня…
Голова подплыла немного ближе ко мне и издевательски расхохоталась:
— Что ты можешь сделать против меня, некромант-паладин Максим Темников?
Как быстро все меняется, когда на поверхность всплывают новые подробности. Оказывается, эта история не так проста, как кажется, и, насколько я понял, Градовские имеют с родом Данко довольно продолжительный опыт взаимоотношений. Причем не самый приятный опыт.
Пусть мой жизненный багаж и не был слишком большим, но даже он подсказывал мне, что в такого рода делах бывает столько всяких подводных камней… Даже сейчас дворяне при случае не упускают повод, чтобы устроить между собой очередную разборку, а в прежние времена для этого и повода не требовалось.
Несколько смущало только одно — почему Данко не посчитал нужным мне сказать об этом? Это наводит на некоторые неприятные размышления, а еще… Еще именно поэтому я бы очень хотел послушать историю, которую мне мог бы рассказать этот некромант.
Вот о чем я думал, когда его пылающая зеленым пламенем голова висела перед моим лицом, и мы смотрели друг на друга. О чем в этот момент размышлял он я не знаю.
— Что молчишь? Тебе нечего мне сказать? — ехидно спросил он и поддал синих огоньков.
— Если ты и правда думаешь, что я ничего не смогу тебе сделать, то ты сильно ошибаешься, Градовский… — пригрозил я ему для профилактики. — Так что следи за своим языком, Петр Карлович, а то как бы не пришлось пожалеть…
— Да неужели? Ты никак грозишься, паладин-некромант?
