Иван Федорович стоял около окна, сложив руки за спиной, и размышлял о событиях этой крайне насыщенной пятницы. Ничто не предвещало беды, как говорится, и вот на тебе. Чрезвычайное происшествие, о котором он даже сообщил Голицыну. Ну а в том, что глава тайной канцелярии сам доложит Романову, он даже не сомневался.
Давненько такого не было. В должности директора «Китежа» Орлов уже далеко не первый год и за все время его работы подобные случаи можно было пересчитать по пальцам. Да и то, это было не проникновение в архив.
Обычно экстренные происшествия заключались в том, что парочка каких-нибудь обормотов решила выяснить между собой отношения на дуэли. Как правило, причиной для этого всегда была какая-то мелочь, которая, по их мнению, оскорбляла их род до самого первого колена.
Правда было еще несколько необычных случаев. Типа оживления конструкта или разбирательства с дубом и полицией… Или, например, внезапное умственное помешательство Михаила Шуйского… Да много чего интересного случалось, что тут говорить.
С одной стороны, все эти вещи были далеки от кровавых дуэлей, но о подобных происшествиях Иван Федорович тоже должен был сообщать Дракону. Любая мелочь в какой-то момент может превратиться в серьезное дело.
Кстати… Самое интересное, что в чем-то необычном всегда каким-то образом был замешан Темников… И при всем при этом, Орлов еще ни разу не пожалел, что несколько лет назад согласился дать шанс юному Максиму. Очень интересный молодой человек…
В дверь постучали.
— Вы просили зайти, Иван Федорович? — услышал директор школы голос Громова.
— Да. Проходи Роман Артемович, — Орлов отошел от окна и указал мастеру темных классов на диван, перед которым стоял небольшой столик. — Чая хочешь? У меня плюшки есть, если что.
— Нет, спасибо, — усмехнулся Громов и покачал головой. — Мне на сегодня плюшек достаточно. Темников подойдет? Вы же для этого меня позвали. Чтобы мы все вместе поговорили.
— У него индивидуальное занятие с Голиковым, — ответил Орлов, сел на диван и вздохнул. — Эмир Михайлович говорит, что у него определенно талант к криомантии. Впервые вижу, чтобы он с таким рвением взялся кого-то обучать.
— Согласен, Иван Федорович, Темников у нас способный парень, — кивнул Роман Артемович и сел рядом с директором школы. — Если что-то случается в нашем милом спокойном «Китеже», он первый, кого я начинаю подозревать. Мне кажется, у нас без него вообще ничего не обходится.
— Ахах! — рассмеялся Орлов. — Ну, с появлением Темникова «Китеж» перестал быть милым и спокойным, правда ведь? Парень навел здесь шороху. Что касается меня, то так лучше. Если подумать, я даже не представляю сейчас нашу школу без него. Пусть даже с учетом того, что происшествий прибавилось… Кстати о Темникове. Ваше мнение не изменилось? По-прежнему считаете, что он никак не причастен к этой истории?
— Быть уверенным на все сто процентов я не могу, — развел руками Громов. — Но пока я не склонен считать иначе. В школе целый день работала куча полицейских и никаких доказательств, которые могли бы уличить Темникова, они не нашли.
— Угу, — согласился Иван Федорович. — Не только полиция, но еще и ребята из тайной канцелярии. После того как выяснилось, какая именно книга пропала, Голицын прислал целый отряд.
— Вот я об этом и говорю… Вы придерживаетесь другого мнения?
Орлов немного помолчал. Поправил свои неизменные темные очки и вновь вздохнул.
— Вполне возможно, — наконец сказал он.
— Зачем бы ему понадобилась книга? — удивленно вскинул бровь Роман Артемович над своим единственным глазом. — Неужели думаете, что парень заинтересовался запрещенными знаниями, и ему для каких-то целей понадобилась книга Темного Бога? Или каким-то непостижимым образом смог изменить видеозапись и заменить на ней себя Михаилом?
— Нет, так я не думаю, — покачал головой Иван Федорович. — Как раз в том, что это сделал Шуйский, у меня уже нет никаких сомнений. Однако у меня есть другие вопросы. Честно говоря, я пока не очень понимаю, зачем он это сделал и почему до сих пор не нашли книгу.
— Тогда при чем здесь Максим? — не совсем понял директора мастер темных классов.
— Самым главным образом при том, что у них с Шуйским давняя вражда. Причем очень опасная вражда, как вы сами знаете, — сказал Орлов, как будто Громов об этом не знал. — Помните ту историю, когда Михаил не давал покоя Бирюковой своими откровениями?
— Конечно, — усмехнулся в бороду Роман Артемович. — Как это можно забыть?
— Да, вышло забавно, — согласился Иван Федорович. — Но вы же не станете отрицать, что, как и я, считаете Темникова причастным к той истории?
— Доказать это невозможно… Проклятия и наваждения штука сложная, вы же сами знаете… Но чисто теоретически… — пожал плечами мастер темных классов. — Думаю, что он вполне мог приложить к этому руку. С большей вероятностью да, чем нет.
