— Пойми, — мягким тоном заговорил Чимин, подаваясь вперед, ближе к девушке, — такие больные люди, как маньяки и убийцы, и правда могут совершать преступления просто так, из-за банального желания причинить кому-то много боли и вреда, но… мы говорим о нашем психопате, который явно преследует свои цели. У него есть причины, и о них мы не узнаем до тех пор, пока он сам этого не захочет.
— Блять, он заебал, — не выдержал Чонгук, ударяя кулаком по столу. — Я что, до пенсии буду за ним гоняться? Если не помру раньше…
— Меня все мучает вопрос… — откинувшись к спинке стула, Пак громко усмехнулся. — Что будет, когда он наиграется? Рано или поздно он придет к тому, к чему стремился, и что тогда? Не думаю, что он потратит всю жизнь на загадочные убийства. Когда-то же у него кончатся и силы, и мозги.
— А что насчет надписи? — спросила Йоко, ловя на себе взгляды детективов. — Одно и то же слово и на доске, и на моей калитке. Не просто же так он это оставляет.
— Ангел… — пробурчал себе под нос Чонгук. — Может, убийца считает себя ангелом? Он же больной. Думает, что спасает людей и возносит их души к небесам, прямо как посланник божий.
— Твоя теория не вяжется с предыдущими убийствами, — мотнул головой Чимин. — По-твоему, он только сейчас прозрел и осознал свою «миссию» на грешной земле? Нет, так не может быть. Я думал о том, что под ангелом он подразумевает убитых людей. Если человек работал в школе, был чист на поступки, то он наверняка попадет в рай за все свои заслуги. Убийца считает их ангелами и решает поскорее устроить встречу с Богом, чтобы те вкусили все плоды настоящего наслаждения.
— Я почти то же самое и сказал, — Чон цокнул языком, стреляя на старшего не самым добрым взглядом.
— Ладно, что насчет семьи учительницы? — Йоко не хотела, чтобы между детективами разрастался спор, и решила перевести разговор в более важное русло.
— Тоже пусто, — Пак швырнул карандаш в специальную коробочку и попал. Раздался неприятный грохот, от которого и практикантка, и Чонгук изменились в лицах. — Если верить рассказу ее семьи, она была настоящим ангелом. Хах, каламбур… Женщина любила детей, с радостью давала им знания, не стремилась к богатству и довольствовалась тем, что есть. Выращивала цветы на балконе, уделяла внимание мужу и детям, вела хозяйство…
— Короче, все то же самое, что и ты поведала нам о Довоне, — Чонгук встал со своего места, засунул руки в карманы брюк и стал расхаживать по кабинету. — Единственное, что может объединять учителей — их миролюбивый образ жизни и добрый характер. Все, иного я не вижу.
— Тогда это действительно похоже на версию Чимина, — согласилась Йоко. — Добрые люди, настоящие ангелы.
В кабинете разразилась самая настоящая война. Спор, которого так хотела избежать девушка, достиг критической отметки. Чонгук уперто настаивал на своем: он был убежден в том, что убийца возомнил себя Мессией, настоящим спасителем и посланником Бога. Чимин не собирался принимать эту теорию и отвечал напором на напор: утверждая, что все совсем наоборот, и маньяк считает ангелом не себя, а своих жертв, постепенно повышал голос и активно размахивал руками, регулярно меняя мимику своего лица. Йоко даже не пыталась их остановить. Сначала она просто слушала их бурную дискуссию, затем, зарывшись пальцами в волосы, опустила голову и попыталась абстрагироваться, но когда мужские голоса стали настойчиво перебивать ее мысли и забираться в голову, она встала из-за стола и покинула кабинет, который превратился в поле боя. Детективы, кажется, даже не заметили ее отсутствия и продолжили словесно уничтожать друг друга.
Оказавшись в коридоре, Йоко вздохнула, привела себя в порядок как физически, так и духовно, и решила спуститься на первый этаж, чтобы купить в автомате булочку и запить ее чашечкой черного крепкого чая без сахара. Там ее сразу же заметила Моён: секретарша радостно выпорхнула из-за широкой стойки и направилась в сторону практикантки, которая скромно сидела на кожаном диване возле лифта и шуршала упаковкой в попытке ее открыть.
— Что, трудный день? — спросила Моён, отбирая из дрожащих рук Йоко булочку. Она быстрым движением разорвала упрямый пакетик и вручила трофей нуждающемуся.
— Да… Спасибо, — еле слышно ответила девушка. — Устала очень, захотелось немного побыть одной. В тишине.
— Парни снова погрязли в спорах? — секретарша опустилась на диван рядом с практиканткой.
— Откуда ты знаешь? — Йоко подняла брови вверх, делая маленький глоток чая, боясь ненароком обжечься.
— Я столько раз становилась свидетельницей их словесных перепалок, что перестала удивляться. Их хлебом не корми, дай только возможность повыпендриваться друг перед другом.
— Да, это они умеют, — грустно улыбнулась практикантка.
— Ты еще долго продержалась с ними. Обычно люди разбегаются в разные стороны, стоит Чимину открыть рот. Чонгук же молчать не станет, он же считает себя самым крутым детективом. Разве кто-то имеет право быть умнее его?
— Это точно, — Йоко сдержанно засмеялась.
