Чонгук настолько резко затормозил возле обочины, что все, включая его самого, дернулись вперед. Глаза парней налились то ли испугом, то ли злостью. Сложно было сказать, что за процессы проходили у них в головах, но то, что слова девушки завели их в тупик, было ясно как день. Они и подумать не могли о таком. Если Чон несколько месяцев назад мечтал об этом, то сейчас был готов схватить Йоко за руку и приковать ее наручниками к сиденью, а еще лучше залепить рот скотчем, чтобы она не говорила подобных глупостей.
— Что ты сказала? — скривился Чимин, не отрывая взора от девушки.
— Очередную херню, — едко бросил его напарник, пальцами стискивая руль. — Может, у нее бред на фоне усталости? Йоко, возьми отпуск, приведи себя в порядок, а то несешь настоящую чушь.
— Это не чушь, — не согласилась девушка. Она освободила свою руку из ладони детектива Пака и села подальше, ближе к спинке заднего сиденья. — Я больше не хочу играть по его правилам. Раз он меня так хорошо знает, то пусть имеет дело только со мной.
Йоко полезла в сумку, чтобы достать из нее телефон и набрать короткий номер вызова такси. Именно сейчас она была настроена так решительно, как никогда. Ее вовсе не задело то, что детективы провели ночь с другими девушками, ведь, по сути, кто она им? Всего лишь напарница, практикантка, о которой они забудут, как только она уйдет из прокуратуры обратно в академию. Ее беспокоило именно то, что убийца знает ее, что он преследует цель как-то связаться с ней, и если это правда, то пусть все произойдет тет-а-тет, а не благодаря многочисленным связям через посторонних людей.
— Прекрати, — Чонгук стрельнул озлобленными глазами на Йоко через зеркало заднего вида, но та не реагировала на его слова и продолжала искать номер такси. — Йа, я что, со стенкой говорю?!
Парень не выдержал: повернувшись назад, он вырвал телефон из рук девушки, оборвал исходящий вызов и едва сдержался, чтобы не швырнуть электронный агрегат в окно. Он смотрел на нее как обезумевший супруг, заставший свою благоверную в постели с загорелым любовником. Он хотел испепелить ее взглядом, выбить всю дурь из головы, но решил смягчиться и взять себя в руки, иначе разгорелся бы скандал мирового масштаба.
— Послушай, — Чон вздохнул, закрывая глаза на пару секунд, — так нельзя. Я понимаю, ты переживаешь и чувствуешь себя виноватой, но на тебе нет никакой вины. Если ты уйдешь, ты навредишь не только себе, но и другим людям. Вспомни, что было с Инсоном и всеми нами, когда ты собралась переехать к нему.
— Ты можешь вернуться обратно в академию и забросить практику, — поддержал разговор Чимин, — но какой в этом толк? Убийца все равно найдет и тебя, и нас… Да вообще он найдет любого, этот ублюдок везде и всюду! Твое решение вызвано эмоциями, но тебе кажется, что здравым смыслом. Уж поверь мне, в психологии людей я что-то да понимаю.
— Что, будете наручниками меня пристегивать к машине, чтобы я не убежала? — хмыкнула девушка. — Я взрослый человек и сама могу решать, что делать, а что нет. Иного выхода я не вижу. Предлагаете бездействовать и тупо ждать, когда эта скотина соизволит устроить нам встречу?
— Заткнись и послушай, что тебе говорят умные люди! — Чонгук окончательно сорвался с цепи. Он повышал голос лишь в редких случаях, и сейчас, кажется, как раз наступил такой мощный переломной момент в его сдержанных эмоциях и стабильной психике. — Ты, неопытная дура, думаешь, что окажешься хитрее нас или него? Да ты понятия не имеешь, что такое профессиональный убийца! Ему ничего не стоит выйти на тебя и прикончить так, что об этом никто и никогда не узнает! Как тебе вообще пришла в голову такая хуйня?! Подумай о нас с хёном! Да мы жить потом не сможем, если увидим тебя мертвой!
Детектив Чон резко замолчал. Он дышал, как бешеный бык, его сердце отчаянно рвалось наружу и в любой момент готово было разодрать грудную клетку, лишь бы глотнуть свежего воздуха и перестать томиться вот уже сколько лет в мрачном и душном заточении. Йоко тоже молчала. Она и подозревать не могла, что детективы настолько сильно к ней привязались и не хотят ее терять. Она по-настоящему им важна, и сейчас прозвучало словесное тому подтверждение. Чимин открыл рот, чтобы добавить что-то, но так и не смог. Лучший друг сказал все за него, лишних комментариев не требовалось. В машине стало невыносимо жарко, обстановка накалилась до предела, и с этим надо было срочно что-то делать.
— Ты можешь уйти, никто насильно тебя держать не будет, — все-таки заговорил Пак так, будто готов был сорваться на крик в любую секунду, но отчаянно сдерживал себя, — но никому лучше от этого не станет. Мы боимся за тебя и не хотим, чтобы своими необдуманными поступками ты навредила себе. Не будь эгоисткой.
— Я просто… — виновато дрогнул голос Йоко.
— Просто заткнись, — устало вздохнул Чимин, откинув голову к подголовнику. — Гук, поехали к Гысоку. Времени мало.
