Чимин и Чонгук тоже были дома. Они решили заказать пиццу и побаловать себя парой баночек слабоалкогольного пива. Парни смотрели по телевизору какой-то японский ужастик про женщину, у которой был садистски разрезан рот, что создавало эффект вечной улыбки. Она бродила по ночному Токио и выискивала жертв, уродуя и чужие лица тоже. Она мстила за свою «красоту» невинным людям. Если Чимин с удовольствием смотрел ужастик, поглощал пиво и вкусную закуску, не думая о посторонних вещах, то из головы Чонгука не выходила Йоко. Фильм-то японский, вот он и вспомнил о практикантке. Он смотрел на экран, видел кадры, но не придавал этому значения. После того разговора в коридоре детектив Чон стал иначе относиться к девушке. Он увидел, что под ее непростым характером, под сильным защитным панцирем скрывается мягкая человечность, которая проявляется в определенных ситуациях. Чонгуку захотелось разгадать ее, понять, что перед ним за личность, ведь явно не просто так она стала холодной и жесткой, не просто так в ней развился непробиваемый внутренний стержень. Что-то очень сильное повлияло на Йоко, и парень страстно захотел узнать, что именно. И откуда в нем проснулся такой интерес к практикантке? Раньше он ее терпеть не мог и готов был разозлиться от самой незначительной мелочи, а теперь гнев сменился на мягкость, которую он сам от себя не ожидал.
— Я женюсь, — неожиданно долетело до ушей Чонгука. Удивленно распахнув глаза, парень повернулся в сторону друга, который сидел рядом.
— Что?
— Ничего, просто хотел проверить, здесь ты или опять улетел в свой мирок, — хмыкнул Чимин. — Ты минут десять смотришь в одну точку. О чем задумался?
— Да так, ерунда, просто мысли всякие, — отмахнулся детектив Чон, а сам взволнованно вздохнул, боясь, что приятель что-то заподозрит.
***
Часы показывали полночь, когда в квартире уже сладко спящих детективов раздалась телефонная трель. Звонили Чимину. Он испуганно подорвался, ощущая на себе эффект бешеного сердцебиения, которое отдавалось интенсивными пульсациями в висках, схватил смартфон и ответил на звонок.
— Алло, я слушаю, — сказал он хрипло, почесывая глаза, которые никак не хотели открываться.
— Детектив Пак? — незнакомый мужской голос заставил парня напрячься своей интонацией. — Это лечащий врач госпожи Нам.
— Кого? — не понял сонный Чимин.
— Матери Гун Чжина. Вы приходили к нам неделю назад с девушкой и опрашивали ее.
— А, да, простите, забыл… Что случилось?
— Я… я не знаю, что сказать, — на той стороне провода взволнованно сглотнули. — Ее убили.
— Что?! Как убили?! — парень вскочил с кровати и ошарашенно раскрыл глаза. — Когда?!
— Я зашел проверить, все ли с ней хорошо, но когда открыл дверь… — мужчина замолчал. Ему было трудно говорить, он не мог собраться с мыслями. — Простите, я не могу говорить об этом. Вы сможете приехать сейчас? Я уже вызвал полицию.
И тут детектив вспомнил. Госпожа Мин рассказывала, что терпеть не могла ни Мари, ни Сэма, потому что подозревала, что между этими двумя что-то есть. Ей не нравилось, что они морочили голову ее сыну. Так вот о ком говорил парень! Получается, это мать Гун Чжина мешала ему! Видимо, женщина науськивала сына, вносила смуту в его душу и давала повод для переживаний, что совсем не нравилось Сэму, ведь кому хочется, чтобы твой друг что-то подозревал?
— Твою мать! — крикнул Чимин. — Хорошо, я сейчас приеду.
Бросив телефон на измятую постель, детектив рванул в комнату Чонгука, который спал как убитый, и кажется, даже не слышал звонка. Он склонился над спящим другом и хорошенько потрепал его за плечо.
— Гук! Гук, да проснись же ты! Чон Чонгук! — резко повысил голос Чимин прямо над ухом напарника.
— А?! Убийца вооружен! У него пистолет! — Чонгук от испуга и слишком неожиданного подъема начал нести бред, а после, притихнув, посмотрел на потрепанного друга одним глазом. — Хён? Ты что, с ума сошел?
— Мне звонили из дома престарелых. Мать Гун Чжина убили сегодня ночью.
— Как убили? Но почему?
— Помнишь, Сэм говорил, что произойдет еще одно убийство и жертвой станет женщина, которая ему мешала? — Чонгук кивнул. — Так вот, это была мать Гун Чжина. Она подозревала, что между Сэмом и Мари что-то есть, и накручивала своего сына против них. Улавливаешь связь?
— Блять… Точно… — Чонгук обреченно закрыл руками лицо. — Вот я тупой…
— Собирайся, нам нужно ехать, — остановившись в дверном проеме, Чимин обернулся и посмотрел на друга, который поднимался на ноги. — И позвони Йоко, ей наверняка будет интересно съездить с нами.
Чонгук резко остановился. Что его попросил сделать Чимин? Позвонить Йоко? Да он точно с ума сошел… Будет полнейший провал, если Чон сделает это. Но почему бы и нет? Это ведь просто звонок, ничего серьезного. Как будто он раньше не звонил девушкам… Звонил, но не таким, как Йоко, поэтому как раз все очень серьезно. Почему-то именно сейчас просьба Чимина заставила Чонгука испытывать сильные неудобства. Раньше он дал бы твердый отказ, переложив звонок практикантки на друга, но в данные минуты колебался, и это было слишком непривычно для него.
