Вышли еще затемно. Лишь отсветы пожаров, бушевавших на развалинах разоренного поселка магов освещали дорогу. И вот уж солнце высоко поднялось в небо. Но легион шагал вперед. Надо уйти как можно дальше. Антоний опасался возможной погони. Неизвестно, кто видел зарево горевшей Академии. Сотни здешнего Императора или разгневанные коллеги погибших магов. В любом случае не стоит рисковать. Каждый проделанный шаг приближал к спасению. Антоний, прищурившись, взглянул на раскаленный добела диск солнца. Хоть бы одно облачко! Не имея возможности скинуть броню, римляне изнемогали от духоты и жажды. Впрочем, если бы и оставались повозки, трибун не позволил снять доспехи. Хоть и проверяли окрестности конные дозоры, но береженого и боги берегу. Не очень то приятно оказаться нос к носу с неприятелем, имея на теле лишь пропотевшую тунику. Но было тяжело. Несмотря на то, что вчера римляне пол дня не двигались с места, ожидая темноты, солдаты, особенно тех центурий, что принимали непосредственное участие нападении, с трудом передвигали ноги. Сказывалось нервное напряжение ночного боя с магами и их чудовищами. Трибун все чаще ловил на себе вопрошающие взгляды подчиненных. Несмотря на успех мероприятия: дворец магов разрушен, сами маги почти полностью уничтожены своими же творениями, Антоний был недоволен. Вопервых, внезапного нападения не получилось. Вовторых, потеряно два десятка бойцов. Половина из них – под крышей рухнувшего дворца. Ну а в третьих, хоть убей, не верил в то, что именно убитые маги виновники смерти его людей. Слишком они изнежены, беспечны. В то время когда неподалеку немалая группа враждебно относящихся к ни людей… Да и убивать вблизи своего жилища, так и хищные звери не делают, чтобы не навести охотника на свое логово. А явные следы использования, как утверждает проводник 'магии земли'… Нет, не все здесь ясно. Он слегка пришпорил коня и промчался вдоль марширующих легионеров вперед, в голову колонны, где шел Марк Вегет.
Заслышав перестук копыт, центурион обернулся. Антоний попридержал коня и тот послушно замедлил движение. Затем римлянин спрыгнул на землю. Намотав поводья на руку, пошел рядом с другом. Животное послушно пошло вслед за человеком. Некоторое время оба товарища шли молча.
– Пора становится. Уже считай, сутки без отдыха. Люди ропщут. нарушил тишину Вегет. – Не стоит доводить до крайности. Еды нет. Все что захватили из первого поселения – осталось у разрушенной школы магов. Не успели увести лошадей, как повозки разбили в щепы эти каменные чудища.
– Да, ты прав. – вздохнул Антоний. Люди устали. Да и ночное развлечение дает о себе знать. Ты знаешь, я не доволен. И в первую очередь собой. Не смог установить дисциплину в легионе. Люди распустились. Один Хват чего стоит. Да, кстати, его не нашли?
– Нет, мотнул головой Марк. Мои люди прочесали всю округу, даже ушли назад по нашему пути. Его следов нигде не обнаружено. Только если он остался в поместье магов.
– Я сам видел, как он рванул к лесу, когда те монстры разрушали дом…
– Тем не менее он скорее всего где то там. Чего он там ждет? Поймают его длинноухие и шкуру его собачью спустят. удивился трибун.
– Не скажи, – усмехнулся германец. Хват – еще тот волчара. Просто так не дастся. Умеет втираться в доверие. Ты думаешь он за какие заслуги стал центурионом? Ты, может быть, не знаешь, но в легионе ходили слухи, что хорошо он выставился родственнику одного сенатора. Тот сказал кому надо – и вот десятник Хват уже центурион! Еще и здесь небось хотел старшим стать, а тут ты! Вот он тебя и невзлюбил.
– Ладно, в Тартар этого ублюдка. Лучше скажи, что ты думаешь насчет той Школы, которую мы, хм, вернее с нашей помощью, развалили по кирпичикам? Сдается мне, что вляпались в какоето грязное дело. И нашими руками ктото устранил соперников. Ведь если есть Школы магии нескольких направлений, то и соперничество, между ними обязано быть. Как в нашем мире между философскими школами.
– Насчет философов я не знаю, усмехнулся Марк. Меня домашние учителя не обучали. Но одно могу сказать точно: нас не ждали. Часовых не было, а та охрана, что я видел, вела себя как какойнибудь сопляк первого года призыва. Если бы не их долбанная магия, положили бы всех без потерь. Так что, возможно, ты и прав. Ну да ладно, что уж об этом говорить. Сделали дело и ладно. Жаль только ребят, что полегли. Ну, хоть простые солдаты думают, что мы отомстили за тех замученных. Ну а с истинными виновниками мы еще встретимся, будь уверен. И вот тогда…
– Вон и место хорошее, прервал его Антоний, взгляни – встанем на холме, видимость прекрасная.
Тогда я высылаю своих в дозоры, а вы пока обустраивайтесь.
Обрадованные тем, что, наконец, отцыкомандиры решили устроить привал, солдаты, оживились, и бодрым шагом направились к невысокому холму с плоской вершиной, заросшей редким кустарником.
По приказу Антония первым делом все силы были брошены на укрепление лагеря
